Как бы ни развивался дальше экономический кризис, уже сейчас можно констатировать, что он развеял некоторые российские политические мифы, сложившиеся за последние годы.
Первый развеянный миф - о России, встающей с колен.
Конечно, если кто-то чувствовал, что лично он стоял на коленях в 90-х гг., а сейчас поднялся, то никакие события, связанные с кризисом, не могут этого факта опровергнуть. Однако обычно такого рода выражения подразумевают все же возрастание авторитета страны в целом и коренное изменение отношения к ней со стороны соседей. А одним из важнейших показателей этого отношения является доверие, демонстрируемое бизнесом.
Попробуем с этой точки зрения взглянуть на позиции России в современном мире. По данным, приведенным министром финансов РФ Алексеем Кудриным, чистый отток капитала из России за август-сентябрь составил $ 33 млрд. Для сравнения: за весь страшный 1998 г., когда, казалось бы, рухнуло все, что только можно, отток, как отметил Кудрин, составил лишь $ 22 млрд.
О чем говорят эти данные? О двух вещах. Во-первых, российская экономика стала намного крепче, богаче, успешнее. И это отнюдь не миф. Мы в 2008 г. потеряли гораздо больше денег, чем в 1998 г., причем настоящей катастрофы это не вызвало. Во-вторых, в плане международного авторитета дела лучше не стали. Россию по-прежнему рассматривают в качестве зоны, опасной для ведения бизнеса в кризисных условиях. И это особенно печально, поскольку 10 лет назад для недоверия к нашей стране все же имелось такое объективное основание, как слабость экономики, а теперь капитал бежит во многом потому, что не уверен в разумности действий, предпринимаемых властью.
Можно, конечно, судить об авторитете нашей власти по улыбкам и рукопожатиям, которыми обмениваются политики на международных саммитах. Однако за улыбки ведь с них денег не берут, тогда как бегство капитала - реальное свидетельство недоверия.
Второй развеянный миф - о том, что государство способно решить проблемы, которые нам создали олигархи.
Эффективность государственного предпринимательства - вещь весьма спорная, но сейчас мы даже не будем рассуждать о проблеме в целом. Возьмем конкретные факты, связанные с кризисом. Эксперты много говорили, как безответственно за последние годы крупные государственные и окологосударственные компании влезали в долговую яму. Говорили они еще о том, что в случае возникновения кризиса расплачиваться за них придется простому налогоплательщику. И вот момент истины настал.
Действительно, крупные российские компании оказываются не в состоянии осуществлять платежи ближайших месяцев. И вот государство через "Внешэкономбанк" предоставляет возможность кредитования, используя для этого международные резервы Центробанка. В целом разрешено взять на эти нужды до $ 50 млрд. И уже на текущей неделе было принято решение о предоставлении первых 9 млрд. конкретным просителям. Больше всех получила, естественно, "Роснефть" (4,2 млрд.), которая активнее других влезала в долги (и неудивительно: ведь ей надо было приобретать активы уничтоженного ЮКОСа).
Будем надеяться на то, что, в конечном счете, получатели кредитов поднимутся с колен и сумеют рассчитаться с государством. Однако уверенности в этом нет никакой. Сколько раз уже в нашей истории государственным любимчикам списывали долги, ссылаясь на всякие форс-мажорные обстоятельства.
Третий развеянный миф - о том, что можно решить частные проблемы, не решая проблем общих.
Кризис поставил крест на и без того безобразно реализовывавшемся проекте обеспечения населения доступным жильем. Формально вроде бы все у нас осуществлялось правильно. Никто не стал возрождать советскую практику раздачи бесплатных квартир посредством никогда не кончающихся очередей. Ставку сделали на ипотеку. Однако чрезвычайно быстро ипотека в сочетании с другими факторами привела к такому взлету цен на недвижимость, который нельзя объяснить никакими экономическими причинами. Проще оказалось купить жилье в Европе, чем в Москве или Петербурге. Почему?
А потому, что в рыночных условиях ипотека создает платежеспособный спрос, на который должно откликаться предложение. Больше денег на рынке - больше строят жилья. Однако у нас в цены недвижимости включаются немыслимо высокие взятки, поскольку чиновники контролируют предоставление земельных участков и многое другое. Кроме того, монополизм (так же активно поддерживаемый государством) способствует высокой доходности строительного бизнеса.
В итоге развитие жилищного строительства у нас оказалось чрезвычайно убогим, в сравнении с возможностями, предоставляемыми быстро развивающейся российской экономикой. Ипотека же стала не стимулом к расширению строительства, а еще одним способом перекачать деньги населения, нуждающегося в жилье, в карманы тех, кто кормится с этого бизнеса.
А сегодня перед угрозой падения цен на недвижимость некоторые банки стали требовать от своих заемщиков досрочно погасить долги. Ведь если квартиры обесценятся, то тем самым обесценится залог. Не только дальнейшее развитие ипотеки становится проблематичным, но, похоже, разочарование ждет и тех, кто уже радовался приобретенной квартире. Получается, что в высоко коррумпированной экономике даже разумные инструменты (вроде ипотеки) превращаются в бич.
О солидарности и делах наших скорбных Накануне 151-й внеочередной встречи ОПЕКа в Оране уходящий руководитель картеля, алжирский министр энергетики и горной промышленности Шакиб Хелиль постоянно вспоминал о солидарности.
Ради доброго царя Очередной День Конституции России (12 декабря) мы отметили под разговоры о том, насколько приемлемой практикой является ее пересмотр в сторону шестилетнего президентского срока.
Греция в огне Вторую неделю в столице Греции продолжаются поджоги зданий и автомобилей, возведение баррикад и стычки между полицией и тысячами демонстрантов, которых средства массовой информации называют то "анархистами", то "студентами", то просто "молодыми экстремистами".
Новое открытие Америки Ноябрьский визит президента Российской Федерации в страны Латинской Америки в местных СМИ оценивают как "триумфальное турне"; говорят, что "русские возвращаются".
Пересмотр взглядов на капитализм? Когда начинался нынешний экономический кризис, со всех сторон доносились прогнозы о завершении эры неолиберализма и о грядущем усилении государственного регулирования во всех направлениях.
