В Государственном Эрмитаже, в залах Главного штаба проходит выставка Тимура Новикова. К 50-летию со дня рождения.
Одновременно открылись: экспозиции в Мраморном Дворце, в галерее "Люда", в "Музее Новой академии изящных искусств", в Музее городской скульптуры (у друзей классика), а рядом, в некрополе, - мемориальная доска на любимой скамье классика, у фонтана... Остановимся.
Выставка в Главном штабе называется "Пространство Тимура". Да, Тимур действительно был занят созданием собственного пространства - социального, - так занят, что было некогда заниматься живописью. Он говорил, что созданию произведений нужно уделять ровно 4% энергии. Скоро он бросил писать картины и стал экспонировать готовый текстиль. Тимур был сметлив и практичен: тряпки занимают мало места в сумке и много - на стене. Он сшивал (ему сшивали) два прямоугольных полотнища. Помещенный в верхнюю часть крохотный силуэт солнца или самолета превращает шов в линию горизонта. Кораблик делал синюю ткань морем, ель - зеленую - тайгой. Вот и пространство. Авангардно и доступно.
Потом он не стал возиться и с трафаретом, при помощи которого вырезал свои силуэты, - просто клеил в центр фотографию или открытку. Карликовые изображения, делавшие полотнище огромным, - открытие Тимура, обеспечивающее ему место в истории искусства. А соотношение изображения и размеров произведения символизируют, мне кажется, соотношение его художественного таланта и места в искусстве, на которое, шутя, претендовал и которое ему ныне всерьез предоставлено.
И вот это рукоделие, эти тряпки - висят. Некрасиво сморщенные. И несколько работ маслом, городских пейзажей - из собрания Русского музея. Под взглядом разваливаются. Слабые картины. Но это - большая тайна.
Как часть экспозиции, что ли, в нескольких местах разложен каталог выставки. Красный, в твердом переплете, по красному - черные буквы, словом, увеличенный комсомольский билет, для утонченности - удлиненный. Там, где был профиль Ленина, ныне профиль Тимура. А на экране видика Тимур с лицом оперного злодея сечет, простите, раскрасневшуюся задницу Мамышева-Монро.
"Директор музея Михаил Пиотровский назвал выставку Тимура Новикова вполне соответствующей эрмитажным вкусам", - читаю в отчете об открытии. "Он может не нравиться, но не может не очаровывать", - пишет Пиотровский в предисловии к каталогу. Ну хорошо, выпестованные Тимуром искусствоведы, которых он втянул в свое пространство, его нежно любят и поют - кто осудит - сердцу не прикажешь, кто не пристрастен к друзьям, - но Пиотровский... Тимура чрезвычайно интересовали формы воздействия на людей, в том числе и тайны чар, волшебства.
Выставка представляет убогое зрелище - но кто же станет Тимура, "наше все", "гения", "крупнейшего художника XX века", "при жизни классика", "благодаря которому для будущего останется наше время", по работам судить. Даже апологеты согласились: его произведением была его карьера, это во-первых. Во-вторых, он велик своим влиянием на художественную ситуацию. Влияние действительно до сих пор ощущается: до сих пор местные специалисты по новейшим течениям уверены, что произведения, их качество значения не имеют, современное искусство - это безответственные заявления, удачная афера, манипуляция идеями, а хороший художник тот, кто соединит в себе отвязность и практичность.
Тимур в детстве ходил не в художественную школу, а в кружок юных искусствоведов при Русском музее. И всегда думал не о том, как стать хорошим художником, а как войти в историю искусства, в музейную экспозицию. Результат налицо, и в этом смысле случай Тимура должен быть помещен в учебники. Хотя сами средства в большинстве стары как мир: "во-первых, угождать всем людям без изъятья", "кукушка хвалит петуха" и т.д.
Главной особенностью был их широкий ассортимент: девиз Тимура был "всечество" - использовать все и всех. Чрезвычайно высокий психический темп, коммуникабельность делали его способным эксплуатировать любую ситуацию. Разумеется, помог и исторический перелом, но и сам Тимур не зевал. Например, когда молодые искусствоведы, некоторые даже сотрудники Русского музея, подбитые ветром перестройки, так осмелели, что побежали знакомиться с неофициальными художниками, никто, кроме Тимура, не снизошел, не подумал о том, чтобы заняться их воспитанием. Он с этим справился, ибо имел ответы на все вопросы.
Тимур говорил: Ван Гог знаменит не потому, что писал картины, а потому что отрезал себе ухо. Нужно, чтобы в жизни художника было нечто этакое.
И выпали ему - слепота, безвременная смерть. Будто бы он это сам придумал для пущего эффекта. Не он ли приучил: не существует ничего такого, что следует принимать всерьез. По-настоящему ужасно было другое: стремительное превращение веселого, легкого, непоседливого юноши с прогретым взглядом - в "старца", словно играющего в какой-то пьесе то ли злого волшебника, то ли проповедника-шарлатана.
Растворившаяся команда // 1991-2008: судьбы российских реформаторов В прошлом номере мы завершили статьей о Егоре Гайдаре публикацию цикла "Великие реформаторы".
Куда пошла конница Буденного // Голодомор в СССР: как обстояло дело за границами Украины В последние месяцы одним из самых острых политических вопросов на постсоветском пространстве стал вопрос украинского голодомора, имевшего место в 30-е гг.
С КЕМ ВЫ, МАСТЕРА КУЛЬТУРЫ // Владимир Войнович // Советский режим был смешнее нынешнего Писатель Владимир ВОЙНОВИЧ рассуждает о грядущей смуте и об идейном родстве нынешней власти и советского руководства.
Пиар, кризис и бла-бла-бла Не то чтобы небольшая брошюра записок и выписок директора по связям с общественностью "Вымпелкома"-"Билайна" Михаила Умарова была совсем уж бессмысленным и бесполезным чтивом - отнюдь.
Хорошо воспитанный старый мальчик Создатели документальной ленты о Валентине Берестове, презентация которой прошла недавно в Фонтанном доме, назвали свое широкоформатное детище "Знаменитый Неизвестный".
С кем вы, мастера культуры? // Алексей Герман // Наш народ был изнасилован. И многим понравилось… Кинорежиссер Алексей ГЕРМАН в интервью "Делу" рассказал о том, каким ему видится нынешнее состояние российского кинематографа, какие идеи задают в нем тон и что представляет собой сегодня российская интеллигенция.
