Президент Пакистана генерал Первез Мушарраф на прошедшей неделе подал в отставку. Он не только красиво ушел с политической арены, но, скорее всего, уйдет и от ответственности, которую на него возлагают.
Неудачи преследуют Мушаррафа весь год. Парламентские выборы, хорошо подготовленные правительством, вместо ожидаемой победы принесли горькое поражение "партии власти". Оппозиция, хотя и обезглавленная (в страну вплоть до начала выборов из изгнания не был допущен один из вождей оппозиции - Наваз Шариф, а в разгар предвыборной кампании была убита женщина № 1 мусульманского мира Беназир Бхутто), получила в парламенте большинство. И это большинство - Пакистанская мусульманская лига ("Муслим-Лиг", ПМЛ) во главе с Навазом Шарифом и Пакистанская Народная партия (ПНП) во главе с вдовцом бывшего лидера ПНП Беназир Бхутто - Асифом Али Зардари - подготовило к 19 августа запуск процедуры импичмента президенту, а также выдвинуло ряд обвинений и планирует эти обвинения представить в суде. В частности, правящая коалиция обвиняет Первеза Мушаррафа в нарушении Конституции, незаконном снятии верховных судей, введении чрезвычайного положения в ноябре 2007 года и других деяниях.
Что происходит в Пакистане? Стремительный рывок к демократии и шаг в направлении общего хаоса, за которым последует новый авторитарный виток? На эти вопросы отвечает зав. отделом Центра международной безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН, кандидат политических наук Александр ПИКАЕВ.
- Какие внутренние противоречия становятся наиболее актуальными в Пакистане в связи с уходом Мушаррафа?
- Главная проблема - наличие влиятельной исламистской оппозиции. В ходе парламентских выборов избиратели отдали свои голоса светской ПНП и умеренной исламской ПМЛ, возглавляемой бывшим премьером Навазом Шарифом. Исход этого голосования не должен вводить в заблуждение, поскольку люди голосовали прежде всего против Мушаррафа. Голосовать за исламистов они не могли, так как экс-президент фактически не допустил их до участия в выборах.
На самом же деле позиции исламистов гораздо сильнее. Теперь этот светский и умеренно-религиозный парламент, а также светско-умеренно-религиозное правительство могут столкнуться лицом к лицу с агрессивной исламистской оппозицией.
- Сможет ли парламентская республика Пакистан справиться с этой угрозой, преодолеть кризис, вызванный уходом Мушаррафа, и выбрать нового президента?
- В Пакистане не только политический, но и конституционный кризис. По Конституции, Пакистан - парламентская республика, при которой реальной властью в стране обладает премьер-министр, а президент, выбираемый парламентом, в основном, является церемониальной фигурой. Но при Мушаррафе ситуация была иной. Пакистан де-факто был жесткой президентской республикой, а Мушарраф - реальным главой государства. Переход от авторитарного президентского правления к парламентской республике, парламентской демократии, неизбежное перераспределение полномочий между офисом президента и офисом премьер-министра добавляют нестабильность в нынешнюю ситуацию. Также понятно, что нынешнее парламентское большинство непрочное. ПНП и ПМЛ традиционно соперничали между собой. Скорее всего, новое правительство и новый режим в Пакистане будут слабыми. ПМЛ и ПНП либо каждый выдвинут своего кандидата, либо каким-то образом договорятся о распределении полномочий, что было бы наилучшим вариантом. Исламистов они пока не допустят к власти. Но, учитывая трудное экономическое положение, нестабильность - как политическую, так и конституционную, - перспективы у нынешнего формирующегося режима не слишком блестящие.
- Насколько вероятен негативный сценарий развития событий - тотальный хаос и новое вмешательство военных?
- На мой взгляд, у правящих партий есть шанс не перессориться, сумев извлечь необходимые уроки из прошлого, когда они противодействовали друг другу (еще до Мушаррафа) и когда отношения между ними были чрезвычайно напряженными. Тогда именно разногласия между светскими и полусветскими партиями способствовали приходу к власти генерала Мушаррафа. Сейчас определенный запас доверия со стороны общества у новых властей есть. Население хотело перемен, и оно их получило. Правда, налицо сверхожидание того, что экономическая ситуация в стране быстро изменится к лучшему. Но это вряд ли произойдет - как из-за слабости режима, так и из-за необходимости проводить трудные экономические реформы, которые первоначально могут привести к падению жизненного уровня. У исламистов через какой-то период появится возможность спекулировать на этих трудностях и добиваться дальнейшего укрепления своего влияния.
- Изменится ли, по-вашему, внешнеполитическая линия Пакистана?
- США деятельно участвовали в устранении Мушаррафа, который не выполнял их пожелания - прежде всего по борьбе с "Талибаном" и его сторонниками в северо-западной пограничной провинции. Мушарраф, по сути, был вынужден пойти на прекращение огня в данном регионе. И хотя он закрывал глаза на американские бомбардировки собственной территории, тем не менее, без поддержки пакистанской армии усилия американцев не могут решить военных проблем в Афганистане. Новое правительство наследует чрезвычайно тяжелые отношения с США, которые будут требовать более решительных действий в пограничных провинциях.
При этом новое правительство вряд ли сможет рассчитывать на поддержку силовых структур, стоявших за Мушаррафом. Особенно если учесть, что пакистанская разведка известна своими связями с "Талибаном". Новому правительству будет тяжело выполнять американские пожелания в этом регионе, что создаст основу для обострения отношений между Исламабадом и Вашингтоном. Но первое время Вашингтон, конечно же, будет поддерживать новое пакистанское правительство.
Новую власть ждут и другие трудности, связанные, в частности, с ее разнородностью. Так, Наваз Шариф известен своей конфронтационностью и резкой риторикой относительно Индии, желанием разыгрывать националистическую карту. Многое будет зависеть от расклада сил внутри нового правительства, а также между премьером и президентом. Вероятность обострения отношений с Индией существует, а это поставит США, которые пытаются улучшить отношения с Индией, между молотом и наковальней.
Следует учесть, что Пакистан - государство, которое стремится к лидерству в исламском мире. При этом Наваз Шариф известен своими хорошими связями с Саудовской Аравией. Беназир Бхутто находилась в изгнании в Дубаи (ОАЭ). Пакистан будет достаточно тесно сотрудничать с этими государствами, что может вполне устроить США, - им крайне нужен какой-то местный сильный режим, который бы защищал слабые, но богатые государства Персидского залива от давления со стороны Ирана. Пакистан является вполне реальным кандидатом на эту роль.
- Если активизация исламистов в Пакистане случится уже в ближайшее время, то как станет развиваться ситуация? И какой может оказаться реакция США?
- Проблема радикального ислама в Пакистане является ключевой для внешнего мира. Пакистан - это ядерное государство. Режим Первеза Мушаррафа довольно успешно гарантировал безопасность ядерного оружия. Сейчас, после прихода к власти слабого полудемократического режима, ситуация с ядерной безопасностью может
обостриться. Неизбежны трения между гражданскими властями и силовыми структурами. В этих условиях возникает риск того, что пакистанские ядерные арсеналы попадут в руки радикальных исламистов. Такая ситуация была бы кошмаром для США, поскольку исламисты могли бы передать ядерное оружие "Талибану". Данный исход нежелателен и для РФ: ведь существует связь исламского подполья в Пакистане и "Талибана" с исламским подпольем в Центральной Азии, а также на Кавказе. Получить доступ к ядерному оружию - главная задача исламистов. Мушарраф активно боролся с ними, считая их своими главными врагами, но, слишком сконцентрировавшись на этой борьбе, проморгал усиление традиционных партий, которые в итоге победили на парламентских выборах.
В результате ухода Мушаррафа исламисты выиграли. В нынешнем парламенте у них меньшинство, но, поскольку в обществе они сохраняют очень сильные позиции, уход сильного авторитарного лидера, который боролся с ними, и приход к власти слабого полудемократического режима, конечно же, исламистам на руку. Они могут существенно укрепить свое влияние уже в близкой перспективе, хотя и не сразу... Еще сколько-то месяцев (может быть, год) нынешнему режиму ничего не грозит, но затем, если он не сможет решить экономические проблемы, его, судя по всему, ждут тяжелые времена. Пакистанских военных, которые раньше стояли между светскими кругами и исламистами, как реальной силы уже нет. Вряд ли военные смогут подстраховать на случай краха. Тогда к власти придет не какой-то военный, обучавшийся в Великобритании, а вполне ярый, махровый исламист и установит свой режим.
***
P.S. Пока верстался номер, поступила информации о том, что юристы из Пакистанской народной партии выдвинули в качестве кандидата на пост президента страны вдовца убитой в декабре 2007 г. Беназир Бхутто Асифа Али Зардари.
Андрей ИЛЛАРИОНОВ: Промышленный спад в РФ-2008 бьет рекорды 1940-х // Российский политический режим и российский экономический кризис уникальны В последнем номере "Дела"-2008 публикуем интервью президента Института экономического анализа, старшего научного сотрудника Института Катона и давнего друга "Дела" Андрея Илларионова.
Украина // Постсоветская элита не способна к компромиссам Стремление лидеров фракций Верховной Рады Украины создать "хоть какую-нибудь" коалицию и тем самым избежать досрочных выборов все более напоминает гоголевскую "Женитьбу".
Сбудется ли пророчество болгарской Кассандры? Недавний теракт в Мумбаи и резкий рост напряженности в отношениях между Индией и Пакистаном вновь привлек внимание мировой прессы к пророчеству болгарской Кассандры Евангелии Димитровой (1911-1996), известной всем под именем Ванги, которая предсказала, что в 2008 г.
Кризисный энтузиазм "Молодая гвардия" "Единой России" (МГЕР) на прошлой неделе сообщила о своей антикризисной политике - активисты решили трудоустраивать потерявших работу, создавая "биржи труда".
Тенгиз Аблотия // Дружба с Россией будет лет через сорок… Несмотря на то, что официальные итоги Пятидневной войны с Грузией еще не подведены, их де-факто подводит жизнь.
