Президент Татарстана Минтимер Шаймиев поразил всех своей отчаянной смелостью. Он поставил под сомнение один из краеугольных камней путинской вертикали власти.
Шаймиев выразил уверенность в том, что Россия вернется к системе губернаторских выборов, поскольку нынешняя модель, при которой главы субъектов федерации фактически назначаются президентом, неправильна.
Понятно, что от Минтимера Шариповича последние несколько лет ничего вообще не зависит. О том, как обустраивать Россию, кремлевская верхушка спросит его в последнюю очередь. А может, даже не спросит. Наоборот, снимет с должности и заменит каким-нибудь Рашидом Нургалиевым. Но, тем не менее, почти случайно сказанные Шаймиевым слова вызвали большой резонанс. Примерно такой же, какой вызвали бы в середине 80-х гг. слова какого-нибудь секретаря обкома о необходимости избирать "хозяина области" всенародным голосованием.
Очень уж это необычно. В 80-х гг. многим казалось, что за каждой необычной фразой власть имущих стоят какие-нибудь реформы. Поэтому люди, интересовавшиеся политикой, ловили любые фразы и интерпретировали их соответствующим образом. И сегодня у некоторых наблюдателей возникло ощущение, что из Татарстана вдруг подул свежий ветер перемен. Шаймиев ведь опытный человек. Просто так ничего не говорит. Понапрасну не подставляется.
Есть, правда, и другое мнение. Минтимеру Шариповичу идет уже восьмой десяток. Терять, собственно говоря, нечего. Можно высказать и не согласованные с начальством мысли. Его ровесник Юрий Лужков, к примеру, несет всякую чушь относительно Крыма и Украины, не координируя это с официальным курсом российского МИДа. А Шаймиев, возможно, сказал наболевшее, не запросив соответствующее разрешение в кремлевской администрации. В общем, получилось что-то вроде истории, известной с советских времен по "детскому садистскому стишку":
Дедушка в поле гранату нашел,
Поднял ее и к обкому пошел,
Дернул колечко, бросил в окно.
Дедушка старый, ему все равно.
Скорее всего, истина все же находится где-то посредине. Шаймиев вполне мог сказать наболевшее без всяких консультаций в вышестоящих инстанциях. Однако именно сказать, а не ляпнуть. За его словами нет никакого сформировавшегося в Кремле нового мнения, но нет и никакого словесного недержания.
Дело здесь вот в чем. В российских региональных элитах, естественно, механизм назначения губернаторов не очень приветствуется. Именно в элитах, а не в узких группировках, связанных с ныне действующими губернаторами, которым вертикаль власти дает возможность фактически бесконтрольного распоряжения ресурсами региона при условии хороших отношений с кремлевской администрацией (а теперь еще и с людьми Путина в правительстве). Ведь чем больше власти сосредоточено в отдельных группировках, тем меньше ее в широких кругах политиков и бизнесменов, по-настоящему связанных со своими регионами, но чувствующих себя последние годы там абсолютно бесправными.
До тех пор, пока Владимир Путин был президентом, поднимать вопрос о правах региональных элит не имело смысла. Всякий недовольный был бы просто подвергнут репрессиям. Такой человек мог бы потерять свой бизнес в рамках бархатной реприватизации Сечина - Шварцмана или, по крайней мере, мог оказаться оттеснен от каких-то иных "кормушек", которые он осваивает в Москве.
Но вот президентом стал Дмитрий Медведев, успевший уже произнести ритуальные слова о необходимости борьбы с коррупцией и о том, что свобода лучше, чем несвобода. Однако серьезных связей с российскими элитами (в том числе с региональными) Медведев не имеет. В рамках своей предвыборной кампании он много ездил по России, дергал коров за вымя и произносил магическое словосочетание "национальный проект", однако всерьез обсуждать положение дел ни с кем не мог. Понятно, что обо всех разговорах, не санкционированных Путиным, тут же было бы донесено президенту, и тогда на нынешнем месте Медведева мог бы оказаться, скажем, Сергей Иванов.
Дмитрий Анатольевич лишь сейчас начнет по-настоящему изучать свою страну. В том числе расклад сил, который в России сложился. И вот Шаймиев дает ему соответствующую информацию при помощи доступных ему средств. По сути дела, все, сказанное Минтимером Шариповичем, надо понимать следующим образом:
"Уважаемый г-н президент, выстроенная Вашим предшественником властная вертикаль далеко не всеми воспринимается с восторгом. В регионах есть серьезные силы, думающие о необходимости ее демонтажа. Поверьте уж моему большому опыту. Вы же помните, именно я стоял в конце 90-х гг. у истоков движения "Вся Россия". Поэтому, если Вас, Дмитрий Анатольевич, всерьез интересуют реформы, есть возможность найти союзников в региональных элитах. Если же то, что Вы сейчас говорите, - лишь простое сотрясение воздуха, то будем считать, что я тоже ничего не сказал...
И кстати, если Вы захотите вдруг снять меня с должности и поставить на Татарстан какого-нибудь Нургалиева, то можете, естественно, это сделать. Но тогда региональные элиты поймут, что Вы - ненадежный союзник, что Вы - лишь мальчик на побегушках у Путина. И останетесь навсегда такой вот подставной фигурой, неспособной принять никакого ответственного решения... Вот так-то, Дима".
О солидарности и делах наших скорбных Накануне 151-й внеочередной встречи ОПЕКа в Оране уходящий руководитель картеля, алжирский министр энергетики и горной промышленности Шакиб Хелиль постоянно вспоминал о солидарности.
Ради доброго царя Очередной День Конституции России (12 декабря) мы отметили под разговоры о том, насколько приемлемой практикой является ее пересмотр в сторону шестилетнего президентского срока.
Греция в огне Вторую неделю в столице Греции продолжаются поджоги зданий и автомобилей, возведение баррикад и стычки между полицией и тысячами демонстрантов, которых средства массовой информации называют то "анархистами", то "студентами", то просто "молодыми экстремистами".
Новое открытие Америки Ноябрьский визит президента Российской Федерации в страны Латинской Америки в местных СМИ оценивают как "триумфальное турне"; говорят, что "русские возвращаются".
Пересмотр взглядов на капитализм? Когда начинался нынешний экономический кризис, со всех сторон доносились прогнозы о завершении эры неолиберализма и о грядущем усилении государственного регулирования во всех направлениях.
