Weekly
Delo
Saint-Petersburg
В номере Архив Подписка Форум Реклама О Газете Заглавная страница Поиск Отправить письмо
 Основные разделы
Комментарии
Вопрос недели
События
Город
Власти
Анализ
Гость редакции
Взгляд
Человек месяца
VIP-рождения
Телекоммуникации
Технологии
Туризм
Светская жизнь
 Циклы публикаций
XX век - век перемен
Петербургские страсти
Судьбы
Поколения Петербурга 1703-2003
Рядом с губернатором
Взгляд 31/3/2008

Generation "Пу" // С чем приходит новое поколение

Дмитрий ТРАВИН

Сто раз зарекался писать о новых поколениях. Сто раз говорил себе: старшие не могут по-настоящему понять младших. Сто раз приходил к выводу о том, что взгляды отцов на детей всегда односторонние, поскольку папаша меряет сына своими мерками, тогда как на самом деле здесь нужна совершенно иная шкала.

Не могу молчать

И все же не выдержал. Решился написать. Хотя за перо брался с трепетом, зная почти наверняка, что многое в моей гипотезе не подтвердится. Поскольку и мой взгляд, естественно, односторонен. Поскольку и я меряю той шкалой, которая возникла в годы, формировавшие совершенно иное поколение - поколение, много думавшее о политических и экономических преобразованиях общества, но упускавшее при этом из виду другие важные стороны человеческой жизни.

Оправдывает меня в авантюрной попытке написать о том, что я недостаточно знаю, пожалуй, два обстоятельства.

Первое - опыт взаимоотношений моего собственного поколения с теми, кто был старше нас, - прежде всего с шестидесятниками. В те годы, когда я входил в сознательную жизнь (вторая половина 70-х - начало 80-х) отцы мало интересовались мировоззрением детей. С одной стороны, тогда вообще невозможно было интересоваться чьим-либо мировоззрением, поскольку оно по определению могло быть лишь марксистско-ленинским. С другой же стороны, прогрессивной части шестидесятников казалось, наверное, что значение межпоколенческих отношений ничтожно мало в сравнении с отношением между властью и оппозицией. Иными словами, если партия даст порулить, то свободная страна как-нибудь сумеет решить, каким двигаться курсом.

На деле же оказалось, что те проблемы, которые широко дискутировались в шестидесятнических кругах (начиная с "физиков-лириков" и заканчивая "социализмом с человеческим лицом") фактически вообще не рассматривались как проблемы представителями следующего поколения. И это неудивительно. Люди, вошедшие в сознательную жизнь после похолодания 1968 г. и не слишком надеявшиеся радикально изменить мир, были ориентированы сугубо прагматически - на выживание, на карьеру, на малые дела. Когда же внезапно открылось окно политических возможностей, они, не мудрствуя лукаво, без развернутых программ и долгих философских дискуссий стали распространять свои "малые дела" на большие пространства.

Реформаторы осуществили реформы самым простым и прагматичным образом, не пытаясь сопровождать свои действия гуманными, но не слишком реалистичными схемами, на которых настаивали широко мыслящие шестидесятники. Деловые люди создали свой эффективно работающий бизнес, быстро сориентировавшись в условиях бандитского капитализма и выучив такие слова, как "взятка", "крыша", "откат", "разборка" и т.п. Реформаторы и бизнесмены в совокупности обеспечили народ хлебом, а деятели культуры предложили ему именно те зрелища, которых хотелось обывательской душе.

Шестидесятники чрезвычайно всему этому удивились и сочли преобразования 90-х гг. каким-то отклонением от нормы. Однако если бы они лучше знали идущее вслед за ними поколение, то вряд ли стали бы удивляться. Как реальные успехи преобразований, так и та особо циничная форма, в которой они были осуществлены, вполне соответствовали поколенческому менталитету семидесятников.

Как бы хорошо ни учились дети у отцов, строить жизнь они будут по-своему. И нынешние двадцатилетние - поколение "Пу" - начнет когда-нибудь строить Россию исходя из тех представлений, которые формировались в путинскую восьмилетку.

Чтобы будущее нашей страны не оказалось для отцов совсем уж неожиданным, им полезно было бы изучить мировоззрение детей, а не сетовать по привычке: мол, плохая пошла молодежь, не хочет учиться у старших уму-разуму.

Практически полное отсутствие попыток разобраться в данном вопросе и вынудило меня на несколько рискованный эксперимент с проникновением в менталитет нового поколения. Кроме того - и это второе, что, надеюсь, несколько оправдывает автора этих строк, - за последние годы я неоднократно пытался разбираться в данном вопросе. Мне довелось преподавать в трех различных петербургских университетах (да еще на разных факультетах), и наблюдения, полученные в ходе многочисленных дискуссий со студентами, легли в основу тех размышлений, которые следуют ниже.

Понятно, что "выборка" у меня не представительная. Понятно, что "исследования" были не систематичными. Понятно, что собственные мои "штампы" в известной мере исказили восприятие. Тем не менее, некоторые выводы из наблюдений все же рискну сделать.

Чему учит история?

Известно, что история учит лишь тому, что ничему она по-настоящему людей не учит. Однако "не учить" можно по-разному. И первое принципиально важное отличие поколения "Пу" от моего поколения состоит в ином взгляде на историю. Точнее, в том, что сегодня историческое сознание отсутствует.
Я ни в коем случае не имею в виду плохое знание истории нынешними двадцатилетними. Среди них немало прекрасно образованных ребят. Более того, здесь вообще не идет речь о знании отдельного предмета, поскольку история ничуть не важнее экономики, астрономии или грамматики русского языка. Речь вот о чем.

Мое поколение росло в ситуации, когда жизнь все больше представлялась неправильной, не соответствующей нашим запросам. Эти запросы у каждого могли быть свои. Кому-то не хватало свободы, а кому-то - карьерных возможностей. Кто-то страдал из-за железного занавеса, а кто-то - из-за невозможности купить машину. Но в любом случае неудовлетворение нарастало, и это стимулировало многих молодых людей к поиску причин брежневского застоя.
Масштабность поиска тоже, естественно, была у разных людей различной. Кто-то читал книги, а кто-то ограничивался кухонным разговором с приятелем. Для кого-то анализ причин становился частью образа жизни, а для кого-то подходил первый же попавшийся ответ. Но сближало все эти поиски то, что, объясняя настоящее, мы вынуждены были уходить в историю. Мы видели начала современной нам России где-то "во глубине веков".

Беру "глубину" в кавычки, поскольку для большинства она, естественно, была "по щиколотки". Кто-то ограничивался констатацией слабых умственных способностей Брежнева и апеллированием к вождям прошлого. Кто-то ругал Сталина и превозносил НЭП. Кто-то видел пагубность революции и идеализировал царскую Россию. Кто-то доходил до понимания проблем, не решенных реформами Александра II и Столыпина. Были, наконец, и такие мыслители, которые, уходя поистине в глубь веков, анализировали деятельность Ивана III и Ивана IV.
Не важно, какой процент молодых людей составляла каждая из этих условных групп. Поверхностных мыслителей всегда больше, нежели глубоких. Важно другое. Сегодняшний день для нас во многом был детерминирован днем вчерашним.

Сегодня иная картина. Изучение истории может стимулироваться чем угодно, но попытка объяснить настоящее через прошлое становится маргинальной. Иначе говоря, кто-то интересуется Сталиным, поскольку изучает войну. Кто-то копается в революционных делах, поскольку хочет и сегодня быть революционером. А у кого-то просто есть любимые исторические герои. Выстраивание историко-логической цепочки, объясняющей особенности путинского режима через процесс его становления, - дело, интересующее весьма немногих.
Ведь путинская Россия предоставила молодежи массу возможностей. Для подавляющего большинства представителей поколения "Пу" ситуация в стране выглядит абсолютно нормальной и не нуждающейся в сложных объяснениях. Понятно, что и среди них есть масса неудачников, людей нереализовавшихся и влачащих убогое существование. Но нет интеллектуальных стимулов искать системные объяснения неудач в истории нашего общества. Как правило, их причины находятся гораздо ближе.

Поэтому подавляющему большинству неизвестны даже ключевые факты российской истории 90-х гг. (т.е. той истории, которую поколение "Пу" пережило детьми). Или, точнее, эта история известна лишь в той мере, в какой постарался ее донести до молодого человека конкретный школьный учитель.
Что из всего этого следует? Что отличает поколение, не обладающее историческим сознанием? Как начинают размышлять такие люди, когда все-таки приходят к выводу о необходимости системного объяснения некоторых фактов.

С одной стороны, они гораздо легче берут на вооружение разного рода конспирологические схемы, поскольку, если не видишь закономерности становления некой системы, ты естественным образом начинаешь выводить ее из действия конкретных людей.
Теория всемирного заговора (жидомасонского, в частности), как мне кажется, не очень сейчас популярна. Но вот видеть во всем руку Вашингтона, считать, скажем, любую цветную революцию следствием тайной работы агентов США - это весьма характерно для многих. Причем интеллектуальный антиамериканизм (если можно так выразиться) не сопровождается бытовым. Американцы в глазах представителей поколения "Пу" - нормальные парни, а перспективы работы за океаном - это очень хорошо.

С другой же стороны, люди, не обладающие историческим сознанием и не обосновавшие для себя в юном возрасте логику становления режима, могут при возникновении новых обстоятельств сравнительно легко пересмотреть свое отношение к нему. Скажем, если в условиях масштабного экономического кризиса Россия перестанет быть страной широких возможностей, представитель поколения "Пу" задумается о необходимости трансформации режима. Мне трудно представить себе, что этот человек, узнав вдруг о недостатках путинизма, будет испытывать такие же муки, какие испытывал на ХХ съезде сталинист, убежденный в исторических преимуществах социалистической демократии.

Продолжение следует

Назад Назад Наверх Наверх

 

Догорает ли эпоха?
"Кризис наступил, однако это лишь начало.
Подробнее 

Модель села на мель
Почему-то уверен, что в недалеком будущем люди станут делить время на новые отрезки "до" и "после".
Подробнее 

Растворившаяся команда // 1991-2008: судьбы российских реформаторов
В прошлом номере мы завершили статьей о Егоре Гайдаре публикацию цикла "Великие реформаторы".
Подробнее 

Куда пошла конница Буденного // Голодомор в СССР: как обстояло дело за границами Украины
В последние месяцы одним из самых острых политических вопросов на постсоветском пространстве стал вопрос украинского голодомора, имевшего место в 30-е гг.
Подробнее 

С КЕМ ВЫ, МАСТЕРА КУЛЬТУРЫ // Владимир Войнович // Советский режим был смешнее нынешнего
Писатель Владимир ВОЙНОВИЧ рассуждает о грядущей смуте и об идейном родстве нынешней власти и советского руководства.
Подробнее 

Некромент, или Смертельное танго
Пять сюжетов, от $ 2 за штуку.
Подробнее 

Пиар, кризис и бла-бла-бла
Не то чтобы небольшая брошюра записок и выписок директора по связям с общественностью "Вымпелкома"-"Билайна" Михаила Умарова была совсем уж бессмысленным и бесполезным чтивом - отнюдь.
Подробнее 

"Это было летом"
В галерее IFA под патронажем Санкт-Петербургского творческого союза художников прошла выставка "Это было летом".
Подробнее 

Хорошо воспитанный старый мальчик
Создатели документальной ленты о Валентине Берестове, презентация которой прошла недавно в Фонтанном доме, назвали свое широкоформатное детище "Знаменитый Неизвестный".
Подробнее 

Письма из Германии // Константа
Есть такая поговорка: "Господь и леса не сравнял".
Подробнее 

С кем вы, мастера культуры? // Алексей Герман // Наш народ был изнасилован. И многим понравилось…
Кинорежиссер Алексей ГЕРМАН в интервью "Делу" рассказал о том, каким ему видится нынешнее состояние российского кинематографа, какие идеи задают в нем тон и что представляет собой сегодня российская интеллигенция.
Подробнее 

Никита Белых // Россия не доверяет демократам
Агония новейшей российской оппозиции, похоже, близка к финалу.
Подробнее 

 Рекомендуем
исследования рынка
Оборудование LTE в Москве
продажа, установка и монтаж пластиковых окон
Школьные экскурсии в музеи, на производство
Провайдеры Петербурга


   © Аналитический еженедельник "Дело" info@idelo.ru