Weekly
Delo
Saint-Petersburg
В номере Архив Подписка Форум Реклама О Газете Заглавная страница Поиск Отправить письмо
 Основные разделы
Комментарии
Вопрос недели
События
Город
Власти
Анализ
Гость редакции
Взгляд
Человек месяца
VIP-рождения
Телекоммуникации
Технологии
Туризм
Светская жизнь
 Циклы публикаций
XX век - век перемен
Петербургские страсти
Судьбы
Поколения Петербурга 1703-2003
Рядом с губернатором
Взгляд 19/11/2007

Остановить "политические машины" // Придет ли демократия в российские регионы?

Владимир ГЕЛЬМАН

В 1990-е годы в большинстве регионов и городов России сложилось весьма своеобразное политическое устройство, снаружи обладающее необходимыми признаками демократии, но внутри существенно отличающееся от демократии.

Региональный авторитаризм

С одной стороны, в этих регионах проходили выборы губернаторов и законодательных собраний, существовали - по крайней мере, на бумаге - разделение властей, политические партии, а порой даже и независимые от местных властей СМИ. С другой стороны, реальная власть во многих случаях принадлежала лишь одному "хозяину", контролировавшему принятие ключевых решений, направление финансовых потоков и во многом определявшему исход почти всех без исключения выборов на подведомственной территории.

Режимы Лужкова в Москве, Шаймиева в Татарстане, Илюмжинова в Калмыкии или Прусака в Великом Новгороде различались между собой и своими экономическими возможностями, и личностями их лидеров, и проводимой ими политикой. Но их объединяло некое общее свойство - монополия одной группировки на власть и контроль над собственностью.

Конечно, не все регионы были одинаковы: где-то ресурсы оказались поделены между конкурирующими "кланами" (так складывались дела, например, в Свердловской области), где-то претензии на монополию пресекались конкурентами, которых зачастую поддерживал федеральный Центр, действовавший по принципу "разделяй и властвуй" (именно так происходило в Питере). Но, в основном, оценки этих режимов аналитиками и журналистами сводились к формуле "региональный авторитаризм".

Региональный авторитаризм - феномен не только российский. Во многих странах и регионах - от провинций Аргентины до юга Италии - влиятельные региональные группировки десятилетиями практически бесконтрольно правили на своих территориях независимо от того, как происходила смена правительств и политического строя на общенациональном уровне. Но, пожалуй, больше всего региональные политические режимы постсоветской России напоминали механизмы управления, сложившиеся в конце XIX века во многих городах США. Эти американские механизмы в свое время получили название "политические машины".

Бунт против машин

Более ста лет назад американские города переживали невероятный бум. На фоне успешного экономического роста численность их населения увеличивалась как на дрожжах - благодаря притоку иммигрантов из Европы (прежде всего ирландцев и итальянцев). "Понаехавшие тут" искали возможности трудоустройства и социальной интеграции в новой для них стране и были готовы за это продать дьяволу... нет, не душу, а нечто более материальное - свои голоса на выборах.

Этот спрос на местном уровне удовлетворяли политические партии. Их лидеры - боссы - были тесно связаны с находившимися под их патронажем местным бизнесом и криминальными группировками. При этом они пользовались покровительством федеральных политиков, нуждавшихся в голосах горожан на общенациональных выборах. Боссы были интересны этим политикам, поскольку, сосредоточив в своих руках административные ресурсы, они контролировали влиятельных лидеров этнических общин и продвигали на посты мэров и депутатов своих ставленников, не гнушаясь ни скупкой голосов, ни жестким давлением на конкурентов.

Многие города, да и целые штаты, оказывались надолго во власти какой-то одной из двух партий - демократов либо республиканцев, - хотя при этом на уровне США в целом сохранялась острая политическая конкуренция. Зависимые от местных властей иммигранты, рабочие, местный бизнес и криминал служили опорой городских "политических машин".

Однако на фоне дальнейшего экономического роста ситуация в американских городах начала меняться. По мере того, как бывшие иммигранты укоренялись в новой стране, они все меньше нуждались в патронаже со стороны местных властей. Растущий городской средний класс в начале ХХ века стал выходить на политическую арену с требованием обуздать произвол боссов. Это "прогрессистское" - или "реформистское" - движение стало влиятельной силой, добившись принятия ряда законов как на уровне штатов, так и по стране в целом.

Движение, возникшее снизу, заручилось и поддержкой сверху: федеральные политики понимали, что всевластие местных боссов становится тормозом на пути развития США. В ряде американских городов были даже отменены всеобщие выборы мэров, и их место заняли профессиональные наемные управляющие - "сити-менеджеры", призванные искоренить коррупцию и сделать местное управление менее политизированным и более эффективным.

В местной политике США начался переход от олигархии к плюрализму: окончательный упадок "политических машин" наступил во времена "великой депрессии", а рузвельтовский "новый курс" похоронил их навсегда, хотя в отдельных городах эти механизмы местной политики сохранялись вплоть до 1960-х годов. Так, мэр Чикаго Ричард Дэли, возглавлявший город более двух десятилетий, единолично контролировал принятие всех важнейших решений и держал в кулаке местное отделение Демократической партии. Сейчас, кстати, мэром Чикаго является его сын - Ричард Дэли-младший.

От "политических машин" к "вертикали власти"

Нетрудно заметить, что в начале 2000-х годов российские власти столкнулись со сходными проблемами. Подобно американским боссам, региональные и местные лидеры в России опирались на лояльность зависимых от них жителей, бизнеса и криминала. Они успешно продавали федеральным политикам голоса избирателей своих территорий в обмен на невмешательство Центра в дела их "вотчины". Господство "политических машин" мэров и губернаторов препятствовало эффективному развитию страны, разделенной на локально замкнутые "удельные княжества".

Но, в отличие от США столетней давности, в России 2000-х был взят курс на подрыв политической конкуренции на общенациональном уровне. Эта политика повлекла за собой и трансформацию локальных "политических машин": они оказались не разрушены "снизу", а подавлены "сверху". Причем сделано это было лишь затем, чтобы включить их в качестве линейного нижнего звена в выстраиваемую федеральным Центром "вертикаль власти".
Встраивание местных боссов в "вертикаль власти" проходило по двум направлениям: в административном плане они оказались либо прямо (губернаторы), либо косвенно (мэры) подчинены Кремлю, а после массового вступления в ряды "партии власти" (весной 2007 года в "Единой России" состояли главы 72 из 86 российских регионов) усилилось давление и по партийной линии. Подобно городам США, почти треть российских городов к лету 2007 года также отказалась от всеобщих выборов мэров: под лозунгом профессионализации и деполитизации местной власти их место заняли наемные сити-менеджеры, назначенные, в основном, с подачи "Единой России" и губернаторов, назначенных, в свою очередь, Кремлем.

В результате лекарство против господства локальных "политических машин", прописанное Кремлем, оказалось опаснее самой болезни. В условиях политического монополизма шансы на формирование подобия реформистского движения в регионах и городах России оказались упущены - местной оппозиции в большинстве регионов оставалось лишь уповать на защиту от злых "воевод" со стороны "доброго царя".
Но в большинстве случаев апелляции к Центру не имели вообще никаких последствий. Более того, в ряде регионов Кремль попросту давал местным боссам карт-бланш на любые действия в обмен на поддержание лояльности и сохранение статус-кво (как в Чечне) или в обмен на обилие голосов избирателей при проведении федеральных выборов (как в Башкортостане). Да и прокатившиеся по стране в последние месяцы волны отставок губернаторов (Новгородская, Самарская области) и уголовных дел против мэров (Волгоград, Томск, Владивосток, Тольятти, Вологда) не изменили суть механизмов местной власти. Все перемены ограничились лишь сменой персоналий.

Иначе говоря, в России 2000-х годов региональный авторитаризм лишь укрепился. Остались без изменений экономические и социальные основания "политических машин": бизнес все так же тесно связан с административным аппаратом (теперь уже в рамках государственных или полугосударственных корпораций), а население во многом стало еще более зависимо от произвола местных боссов, опирающихся на федеральную поддержку.
Американскому обществу сто лет назад удалось найти пути к самоорганизации и зажечь красный свет на пути движения местных "политических машин". России же рано или поздно придется останавливать теперь уже общенациональную "политическую машину". А такая операция едва ли окажется мирной и безболезненной.

Назад Назад Наверх Наверх

 

Догорает ли эпоха?
"Кризис наступил, однако это лишь начало.
Подробнее 

Модель села на мель
Почему-то уверен, что в недалеком будущем люди станут делить время на новые отрезки "до" и "после".
Подробнее 

Растворившаяся команда // 1991-2008: судьбы российских реформаторов
В прошлом номере мы завершили статьей о Егоре Гайдаре публикацию цикла "Великие реформаторы".
Подробнее 

Куда пошла конница Буденного // Голодомор в СССР: как обстояло дело за границами Украины
В последние месяцы одним из самых острых политических вопросов на постсоветском пространстве стал вопрос украинского голодомора, имевшего место в 30-е гг.
Подробнее 

С КЕМ ВЫ, МАСТЕРА КУЛЬТУРЫ // Владимир Войнович // Советский режим был смешнее нынешнего
Писатель Владимир ВОЙНОВИЧ рассуждает о грядущей смуте и об идейном родстве нынешней власти и советского руководства.
Подробнее 

Некромент, или Смертельное танго
Пять сюжетов, от $ 2 за штуку.
Подробнее 

Пиар, кризис и бла-бла-бла
Не то чтобы небольшая брошюра записок и выписок директора по связям с общественностью "Вымпелкома"-"Билайна" Михаила Умарова была совсем уж бессмысленным и бесполезным чтивом - отнюдь.
Подробнее 

"Это было летом"
В галерее IFA под патронажем Санкт-Петербургского творческого союза художников прошла выставка "Это было летом".
Подробнее 

Хорошо воспитанный старый мальчик
Создатели документальной ленты о Валентине Берестове, презентация которой прошла недавно в Фонтанном доме, назвали свое широкоформатное детище "Знаменитый Неизвестный".
Подробнее 

Письма из Германии // Константа
Есть такая поговорка: "Господь и леса не сравнял".
Подробнее 

С кем вы, мастера культуры? // Алексей Герман // Наш народ был изнасилован. И многим понравилось…
Кинорежиссер Алексей ГЕРМАН в интервью "Делу" рассказал о том, каким ему видится нынешнее состояние российского кинематографа, какие идеи задают в нем тон и что представляет собой сегодня российская интеллигенция.
Подробнее 

Никита Белых // Россия не доверяет демократам
Агония новейшей российской оппозиции, похоже, близка к финалу.
Подробнее 

 Рекомендуем
исследования рынка
Оборудование LTE в Москве
продажа, установка и монтаж пластиковых окон
Школьные экскурсии в музеи, на производство
Провайдеры Петербурга


   © Аналитический еженедельник "Дело" info@idelo.ru