Согласившись войти в список "ЕдРа" на парламентских выборах и намекнув на свое желание возглавить правительство после президентских, Владимир Путин фактически дал ответ на загадку-2008.
Итак, бесПУТНой жизни у нас не ожидается. Путин с нами. Он - отнюдь не политический труп. Он живее всех живых. Путин жил, Путин жив и Путин будет жить в российской политике. При этом формально ему даже удается обойти проблему третьего срока.
Вопрос, однако, состоит в том, будет ли Владимир Владимирович жить полнокровной политической жизнью? Ведь, по Конституции, у нас республика - президентская. Глава государства обладает значительно большими возможностями, чем глава правительства. А Путин на минувшей неделе в очередной раз вроде бы пообещал не менять Конституцию. Не исключено, что это относилось лишь к статье 81-й, в которой сказано: "одно и то же лицо не может занимать должность Президента РФ более двух сроков подряд". Но, вероятнее, обещание относится также к статьям 111-й и 117-й, дающим право президенту назначать и отправлять в отставку правительство.
Иными словами, если следовать букве Основного закона, новый президент формально имеет право забрать всю власть себе, предложив парламентариям на пост главы правительства не Путина, а кого-нибудь из своей команды. Может он поступить и более тонко, согласившись, скажем, на формирование правительства Путина, но на практике сохранив за собой право принятия всех стратегических решений. И что тогда делать верным путинистам?
Если даже Государственная дума, возглавляемая "ЕдРом", не переметнется на сторону нового президента, отстаивать Владимира Владимировича ей будет нелегко. В частности, со времен Бориса Ельцина мы знаем, что вопрос о роспуске строптивого парламента решается значительно проще, чем вопрос об импичменте непопулярного президента. Причем для роспуска не обязательно даже применять танки. Депутаты от одного властного окрика под кресла забьются.
Однако нам трудно сегодня представить, как Путин, на манер Фрадкова, вдруг спозаранку является пред светлые очи, где, трясясь и заискивая, рассказывает повелителю о своем страстном желании уйти в отставку, дабы развязать руки Кремлю при проведении очередной политической комбинации. Думается, что при том высочайшем рейтинге Путина, который имеется сегодня, и при том сравнительно благополучном развитии страны, которое обеспечивается нефтедолларами и быстро развивающимся бизнесом, покушение нового президента на личную власть ВВП крайне маловероятно.
Таким образом, Россия, оставаясь де-юре президентской республикой, де-факто перейдет на ближайшие год-два в состояние республики парламентской. Путин - реальный лидер "ЕдРа" как доминирующей в Думе фракции сформирует правительство и, сохраняя внешнюю почтительность в отношении нового президента, будет рулить страной точно так же, как рулил он ею, будучи президентом старым.
Решение о построении подобной схемы власти, скорее всего, не было результатом заранее продуманной и тщательно выстроенной стратегии. В начале 2006 г. Путин на одной из пресс-конференций вполне определенно заявлял о том, что Россия сохраняется именно как президентская республика и победившая на выборах партия не получит права формирования правительства. А с осени 2006 г. началась кампания по раскрутке кандидатов в преемники, причем уделялось ей столь большое внимание (как телеканалами, так и самими "преемниками"), что трудно счесть захватывающую ивановско-медведевскую историю просто какой-то "дымовой завесой".
Какие же грехи подкосили "братьев-преемников"? Возможно, сгубило их то, что, несмотря на растущий рейтинг, ни один из них не выглядел по-президентски. Летом на Селигере, посетив лагерь движения "Наши", Медведев с Ивановым сострили в ответ на вопрос юных хунвейбинов о различиях в их политических взглядах: мол, различий между нами никаких нет, кроме того, что одного зовут Дима, а другого Сережа. Послушал это Путин и решил: они ведь действительно два сапога пара. Что тот, что другой - не личность, а просто человек из свиты.
Но, думается, такая трактовка событий все же слишком упрощена. Скорее всего, выбрать вариант фактического перехода к парламентской республике Путина вынудила ожесточенная борьба за власть, происходившая в последнее время в его ближайшем окружении (обсуждаемые ныне наезды на Госнаркоконтроль и Счетную палату - лишь верхушка айсберга, скрытого в мутной воде). У президента не было уверенности в том, что преемник - кто бы таковым ни стал - сумеет удержать "верных путинцев" от страстного стремления перегрызть друг другу горло.
Путин увидел, как назревает в его ближайшем окружении острый конфликт, способный разнести в клочья всю идиллическую картинку "просвещенного абсолютизма", которую у нас любят противопоставлять украинским и грузинским постреволюционным волнениям. При любом преемнике находились группировки, сильно проигрывавшие, а потому страстно не желавшие допускать к власти кого бы то ни было вместо уже привычного Путина, более-менее способного разрулить ситуацию. В итоге вышло, что президенту требовалось либо остаться на третий срок, либо найти иной вариант сохранения в своих руках властных полномочий. Предложенная квазипарламентская схема оказалась, судя по всему, оптимальной для решения проблемы предотвращения внутрикремлевских конфликтов.
О солидарности и делах наших скорбных Накануне 151-й внеочередной встречи ОПЕКа в Оране уходящий руководитель картеля, алжирский министр энергетики и горной промышленности Шакиб Хелиль постоянно вспоминал о солидарности.
Ради доброго царя Очередной День Конституции России (12 декабря) мы отметили под разговоры о том, насколько приемлемой практикой является ее пересмотр в сторону шестилетнего президентского срока.
Греция в огне Вторую неделю в столице Греции продолжаются поджоги зданий и автомобилей, возведение баррикад и стычки между полицией и тысячами демонстрантов, которых средства массовой информации называют то "анархистами", то "студентами", то просто "молодыми экстремистами".
Новое открытие Америки Ноябрьский визит президента Российской Федерации в страны Латинской Америки в местных СМИ оценивают как "триумфальное турне"; говорят, что "русские возвращаются".
Пересмотр взглядов на капитализм? Когда начинался нынешний экономический кризис, со всех сторон доносились прогнозы о завершении эры неолиберализма и о грядущем усилении государственного регулирования во всех направлениях.
