Weekly
Delo
Saint-Petersburg
В номере Архив Подписка Форум Реклама О Газете Заглавная страница Поиск Отправить письмо
 Основные разделы
Комментарии
Вопрос недели
События
Город
Власти
Анализ
Гость редакции
Взгляд
Человек месяца
VIP-рождения
Телекоммуникации
Технологии
Туризм
Светская жизнь
 Циклы публикаций
XX век - век перемен
Петербургские страсти
Судьбы
Поколения Петербурга 1703-2003
Рядом с губернатором
Взгляд 8/10/2007

Шестидесятники // Борис Грушин // Настоящий вожак

Борис Докторов

Несколько лет назад я опубликовал пространную статью о творчестве Бориса Андреевича Грушина, потом появились разделы о нем в книгах по истории изучения общественного мнения. Трудно было писать о живом классике российской социологии, который, несмотря на наши дружеские отношения, всыпал бы мне по первое число, если бы обнаружил в тексте даже не лесть, но намек на нее.

Это порождало некий страх и повышенное чувство ответственности. Но 18 сентября текущего года Бориса Грушина не стало, и теперь при работе над очерком о нем я испытываю другую трудность: как написать выпукло, но не пафосно?

Снял с себя маузер

Грушин родился в Москве в 1929 году, через двенадцать лет после революции, определившей те глубочайшие социальные и культурные процессы в СССР и России, суть которых он пытался расшифровать. И - удивительное дело - вся его жизнь особым образом раскладывается именно на двенадцатилетки.

1941 год - начало войны, отец ушел на фронт, а Борис, подобно всем подросткам тех лет, думал о Победе и о светлом времени, которое настанет после нее. В 1947 году он - золотой медалист - поступил на философский факультет Московского университета.

Грушин был одержим проблемами морали и мечтал улучшить свое поколение. Первоначально он был одним из миллионов комсомольских активистов; через полвека на вопрос о том, как удалось ему отыскать свою дорогу, Грушин ответил: "Я постоянно думаю об этом сам. Я снял с себя кожаную куртку и маузер Корчагина в 49-м году, в пору борьбы компартии с космополитизмом".

В 1952 году Грушин с красным дипломом окончил МГУ. На следующий год умер Сталин, затем наступила "оттепель". Безусловно, это было его время, и Грушин навсегда остался "шестидесятником", но сложно сказать, какой формации. Он не был ни "красным", ни "белым", ни левым, ни правым, ни либералом, ни консерватором, ни русофилом, ни западником. Его студенческому другу, одному из крупнейших философов ХХ века Мерабу Мамардашвили принадлежат слова: "Мы не участвовали в чужих войнах, мы вели свои". И Грушин говорил: "Мы действительно никогда не включались ни в какие политические сюжеты - даже если речь шла о Сахарове или об "уходе в диссиденты"".

И по профессии, и по призванию Грушин был жестким логиком, но в центре его отношения к социальному миру находился романтизм. Кожанку и маузер Павки Корчагина он снял в конце 1940-х, но светловская "испанская грусть" и дух окуджавских комиссаров "в пыльных шлемах" остались в нем. Иначе невозможно объяснить, почему, живя в обществе, в котором все подчинялось государству, он верил в то, что общественное мнение имеет право на существование и должно быть услышанным.

Иди жуков ловить

В 1955 году его кандидатскую диссертацию, признанную антимарксистской, заваливает ученый совет, и он с "волчьим билетом" не может найти работу по специальности. Место чудом нашлось в оттепелевской "Комсомолке". В мае 1960 года при газете создается первый в стране Институт общественного мнения, и им руководит Грушин, которому после третьей защиты присудили все же степень кандидата наук.

10-14 мая Институт провел первый всесоюзный опрос: "Удастся ли человечеству предотвратить мировую войну?" Через день после публикации результатов опроса в редакцию позвонили из Кремля и передали поздравление Хрущева. В западной прессе появление Института общественного мнения рассматривалось как начало демократизации общества.
Почти за восемь лет существования Институтом было проведено 27 опросов, но опубликована лишь малая часть результатов. Они выявляли не столько успехи советского общества, сколько его хронические болезни, и предлагавшиеся решения проблем не совмещались с требованиями идеологии. В начале 1967 года Грушин защитил докторскую диссертацию, а в декабре Институт был закрыт.

Гэллап приступил к проведению научных опросов общественного мнения в Америке в середине 1930-х, при этом он опирался на столетний опыт изучения избирателей американскими газетами и на методы, развитые исследователями рынка. Грушин начинал с нуля и в чуждой опросам социальной среде. В обществе, в котором вместо выборов было голосование, не существовало рынка и независимых от государства средств массовой информации. По словам Грушина, он изучал людские мнения нещадно, вопреки всему. Владимир Высоцкий пел: "...настоящих буйных мало, вот и нету вожаков". Грушин был "буйным" и настоящим вожаком.
Две следующие дюжины лет (1965-1988 гг.) вместили многое, но главным был грандиознейший "Таганрогский проект", в котором анализировалась деятельность средств массовой информации в среднем городе. Даже сухая статистика сделанного впечатляет: 76 связанных друг с другом и одновременно относительно самостоятельных исследований, 23 анкетных опроса, почти 11 тысяч личных интервью, 18 исследований содержания прессы и радиосообщений. На материалах проекта в течение 1969-1979 годов была защищена 21 кандидатская диссертация. Исследование продолжалось более семи лет, оно завершилось в 1974 году, и должны были пройти еще шесть лет, чтобы книга об этом исследовании дошла до читателей. Ведь ее не давали ему публиковать.

В 1969 году Грушин создает Центр изучения общественного мнения в Институте социологии Академии наук СССР. Он получил свыше сотни заказов, но успех его был недолог. В 1972 году центр закрыли и всех разогнали. О себе и своих друзьях-социологах он говорил: "Нас выгоняли - хоть в энтомологию иди жуков ловить. Но мы должны были работать и пробивать любой ценой то дело, которым занимались и во имя которого жили".

In pivo veritas

В 1987 году увидела свет книга Грушина о массовом сознании, работе над которой было отдано 23 года. В ней он рассматривал, как общество, а не отдельный человек, постигает происходящее вокруг него, как вырабатывается отношение к политике, культуре, окружающей среде, ко всему важнейшему, что тревожит людей в их обыденной жизни. В этой работе Грушин был един в трех лицах: философ, логик и социолог. Книга - небольшая по объему и сложная по содержанию. Но сквозь ее рационализм четко просвечивается романтизм автора.
Изучая сознание общества, Грушин прекрасно знал такие формы его проявления, как анекдоты и бардовские песни, он следил за современной литературой и кино. Ему хотелось обо всем этом писать, но возможности человека ограничены... И все же между двумя книгами, названными "серьезными", была еще одна - "несерьезная", ее название - "In pivo veritas" (Истина - в пиве). В ней Грушин проявил себя и социологом, и уникальным знатоком пивной культуры.

Живя в течение нескольких лет в Праге и работая в редакции международного журнала "Проблемы мира и социализма" - это была его почетная ссылка, - Грушин сделал карту города, на которую нанес все пивные. Он последовательно посетил их, испробовал огромное число сортов пива и по специальной методике описал увиденное. Книга издана на чешском языке.
Другой любовью Грушина стала сауна - можно было заслушаться его рассказами о том, как надо париться и как этого делать нельзя.

Все мы вышли из "грушинской шинели"

1989 год - пик перестройки, власть идет на создание в стране Всесоюзного центра по изучению общественного мнения (ВЦИОМ). Возглавить его было предложено социологу, академику Татьяне Заславской; ее условие - заместителем будет Борис Грушин.

Грушин проработал там всего два года, но в горькие дни прощания с ним Заславская сказала: "...именно ему принадлежит честь создания ВЦИОМа как современной организации по изучению общественного мнения".
Из того ВЦИОМа выросли "Левада-центр", Фонд "Общественное мнение", многие региональные исследовательские фирмы, организации, работающие в странах СНГ. Русская литература вышла из гоголевской "Шинели"", а постсоветское сообщество аналитиков общественного мнения вышло из "грушинской шинели".

В 2001 году началась шестая двенадцатилетка Грушина, но он прожил лишь ее половину. В конце прошлого века Борис Андреевич принялся за новый сумасшедший проект. Из проведенных им 700 исследований он отобрал 300 наиболее интересных, чтобы проанализировать состояние умов россиян в эпохи Хрущева, Брежнева, Горбачева и Ельцина. Планировалось "четырехкнижье". Грушин сделал то, что мог сделать только он, - рассказал о первых двух эпохах. Когда в начале работы издатели спрашивали его: "А если ты помрешь?", он отвечал: "Если помру - напишите: "Автор неожиданно помер!..""
Завершилась жизнь Грушина, но не его судьба. Начав четыре десятилетия назад опросы общественного мнения в СССР, он толкнул с горы камушек, породивший лавину. Он дал возможность высказаться десятилетиями молчавшему обществу, и не приходится сомневаться в том, что в политической культуре XX столетия имя Грушина будет стоять в одном ряду с выдающимися гуманистами, считавшими демократию и свободу важнейшими ценностями общества и человека.

Назад Назад Наверх Наверх

 

Догорает ли эпоха?
"Кризис наступил, однако это лишь начало.
Подробнее 

Модель села на мель
Почему-то уверен, что в недалеком будущем люди станут делить время на новые отрезки "до" и "после".
Подробнее 

Растворившаяся команда // 1991-2008: судьбы российских реформаторов
В прошлом номере мы завершили статьей о Егоре Гайдаре публикацию цикла "Великие реформаторы".
Подробнее 

Куда пошла конница Буденного // Голодомор в СССР: как обстояло дело за границами Украины
В последние месяцы одним из самых острых политических вопросов на постсоветском пространстве стал вопрос украинского голодомора, имевшего место в 30-е гг.
Подробнее 

С КЕМ ВЫ, МАСТЕРА КУЛЬТУРЫ // Владимир Войнович // Советский режим был смешнее нынешнего
Писатель Владимир ВОЙНОВИЧ рассуждает о грядущей смуте и об идейном родстве нынешней власти и советского руководства.
Подробнее 

Некромент, или Смертельное танго
Пять сюжетов, от $ 2 за штуку.
Подробнее 

Пиар, кризис и бла-бла-бла
Не то чтобы небольшая брошюра записок и выписок директора по связям с общественностью "Вымпелкома"-"Билайна" Михаила Умарова была совсем уж бессмысленным и бесполезным чтивом - отнюдь.
Подробнее 

"Это было летом"
В галерее IFA под патронажем Санкт-Петербургского творческого союза художников прошла выставка "Это было летом".
Подробнее 

Хорошо воспитанный старый мальчик
Создатели документальной ленты о Валентине Берестове, презентация которой прошла недавно в Фонтанном доме, назвали свое широкоформатное детище "Знаменитый Неизвестный".
Подробнее 

Письма из Германии // Константа
Есть такая поговорка: "Господь и леса не сравнял".
Подробнее 

С кем вы, мастера культуры? // Алексей Герман // Наш народ был изнасилован. И многим понравилось…
Кинорежиссер Алексей ГЕРМАН в интервью "Делу" рассказал о том, каким ему видится нынешнее состояние российского кинематографа, какие идеи задают в нем тон и что представляет собой сегодня российская интеллигенция.
Подробнее 

Никита Белых // Россия не доверяет демократам
Агония новейшей российской оппозиции, похоже, близка к финалу.
Подробнее 

 Рекомендуем
исследования рынка
Оборудование LTE в Москве
продажа, установка и монтаж пластиковых окон
Школьные экскурсии в музеи, на производство
Провайдеры Петербурга


   © Аналитический еженедельник "Дело" info@idelo.ru