Взгляд	20/8/2007

Апартеид как средство примирения // Учить ли религии в школе?

Александр МЕЛИХОВ

В "Деле" за 10 июля 2007 г. Кирилл Субботин очень детально разбирает вопрос: "Учить ли религии в школе?", убедительно демонстрируя, что, вопреки напористой пошлости, практика никак не подтверждает связи между религией и моралью.

Шесть дней или миллионы столетий?

Да и Гитлеру было достаточно погрозить церкви пальцем, чтобы, исключая отдельных героев, она смирилась со всеми нацистскими ужасами. У морали и религии совершенно разные функции: религия формирует психологически приемлемую картину мироздания, мораль обеспечивает наименее безболезненное социальное сосуществование.

Субботин, правда, напрасно возвращается, "пусть и не на сто процентов", к марксистской формуле "бытие определяет сознание" - более чем сходное социальное бытие из века в век порождает и конформистов, и бунтарей, и мерзавцев, и праведников, ибо, помимо меняющихся социальных параметров, во все времена остаются неизменными параметры экзистенциальные - жизнь, смерть, бренность, одиночество, коими и занимается религия...

Однако желание социальной успешности среднего человека тоже столь огромно, что всякую религию он стремится использовать прежде всего для социального самооправдания: слабые ищут в ней утешений в своих поражениях, сильные - оправдания своим захватам. И чаще всего находят (вспомните наших бандюков с золотыми "гимнастами" на бычьих шеях).

Увы, всякая сила жаждет. И воссоединение церквей наверняка породит новые попытки ввести религиозное образование в государственные школы.

Как-то по телевизору я наткнулся на дискуссию о происхождении Земли: доктор геолого-минералогических наук громоздил миллионы столетий на другие миллионы, а священник с улыбкой скромного торжества сообщал нам, что все это не является научными фактами, а фактом является сотворение мира за шесть дней. Этому, стало быть, будут учить наших детей и внуков?

А умные богословы уже готовят теоретический плацдарм: наше государство, по Конституции, деидеологизированное, а атеизм - такая же идеология, как и всякая другая...

Однако, на мой взгляд, понятие "светское государство", "деидеологизированное государство" означает прежде всего то, что оно руководствуется абсолютно прагматичными или, если угодно, циничными критериями, используя религию точно так же, как любую другую политическую силу. Грубо говоря, если уверенность населения в том, что Земля была создана за шесть дней, способствует разведыванию новых месторождений, надо распространять эту уверенность через сеть государственных школ; если православие или ислам укрепят социальный мир в стране или увеличат ее престиж за рубежом, следует поддерживать православие или ислам. Если же государство найдет полезной поддержку всех религий, включая или исключая атеизм, - значит, так тому и быть.

"История Бога"

И вот издательство "Текст" при поддержке министерства культуры Франции в 2007 году выпустило в свет интереснейшее учебное пособие "История Бога". Предисловие начинается скромно: "растущее невежество в вопросах религии... пагубно сказывается на передаче культурных ценностей от поколения к поколению". Однако уже в следующем абзаце это оскорбительное низведение метафизики до культуры почти дезавуируется: "Религия - великая движущая сила общества: как бы далеко ни зашла секуляризация в современном мире, религия остается важнейшей составляющей в сознании личности и в судьбе народов... История показала способность религии противостоять самым упорным и длительным усилиям по искоренению веры из души народов".

Похоже, это правда - человека разумного было бы правильнее назвать человеком фантазирующим: он способен жить только сказками, и когда разум отнял у него сказки религиозные, он ударился в сказки социальные настолько чудовищные, что возвращение к респектабельным религиям, уже вроде бы миновавшим юношескую пору бури и натиска, выглядит неплохим противоядием. Поскольку религиозные войны нам как будто уже не угрожают.

Или все-таки угрожают? "Многие рассчитывают, - читаем далее, - что сравнительное исследование различных религий приведет к лучшему взаимопониманию и к росту терпимости". Для этого каждую религию в книге представляют не "равноудаленные" ученые с их холодными микроскопами и безжалостными скальпелями, а "выдающиеся духовные лица разных конфессий". Правда, для умерших богов политеистической эры жрецов не нашлось, зато боги Африки представлены самым настоящим жрецом вуду с ученой степенью. По пантеону богов Азии читателя сопровождают пандит Шастри (индуизм) и преподобный Дагпо Римпоче (буддизм). В мире же единобожия беседу ведут главный раввин армии Израиля, капеллан собора Парижской Богоматери и ректор Мусульманского института Большой парижской мечети.

Наличие таких "центровых" авторитетов, по мнению составителя, делает излишним представление "производных" конфессий вроде православия или протестантизма, не говоря уже обо всяческих локальных "язычествах" и прочей периферийщине. И для читателя, взыскующего авторитета, а не истины, этого вполне достаточно. Но этого достаточно и для того, чтобы весь "салон отвергнутых" почувствовал себя смертельно оскорбленным.
Однако "История Бога", скорее всего, и не борется за мир во всем мире, но лишь хочет взбодрить главные религии во Франции, увеличив при этом их приемлемость друг для друга. Задачи почти взаимоисключающие, ибо страстная приверженность к собственной Истине, как правило, автоматически рождает неприязнь к тем, кто ее не разделяет. Правда, столь последовательное и рациональное изучение, мне кажется, мало способствует религиозности: когда перед твоим умственным взором проходят десятки абсолютно разных и одинаково не обоснованных картин мира, десятки названных и тысячи неназванных богов (Баал - Астарта - Афродита - Сарапис - Ваджрапани - Ахура - Мазда - Маву - Кецалькоатль...), мало у кого не возникнет вопрос: а чем же лучше мои?

Подобные книги, мне кажется, препятствуют духовной изоляции в какой-то единоспасающей вере, чего, собственно, для своих адептов и желают истинно верующие, но подталкивают либо к релятивизму (все религии более чем сомнительны), либо к экуменизму (все религии по-своему хороши). Даже не знаю, какая из этих позиций более неприемлема для обладателей единственно верного учения.
Кое-кто из высоких авторитетов выражается на этот счет вполне откровенно. Капеллан цитирует энциклику римского папы насчет того, что Иисус Христос - "осуществление стремлений, живущих во всех религиях мира, и тем самым он их единственный и окончательный результат" (нынешний римский папа не находит и в православии достаточной благодати); главный армейский раввин говорит об абсолютной ценности предписаний Торы; ректор Мусульманского института подчеркивает, что Бог милостивый и милосердный у мусульман - это вам не "сепаратистский и ревнивый Бог Израиля". Представляю, как они станут обмениваться подобными ревнивыми колкостями в светской школе...

О, бурь заснувших не буди

И будут совершенно правы, ибо ценность всякой религии именно в том, чтобы освободить человека от груза сомнений. А потому, утратив монополию, любая религия утрачивает всякую метафизическую ценность, превращаясь всего лишь в одну из многих культурных традиций - в еще одну систему коллективных фантомов. А потому, если человек хочет сохранить свою веру в неприкосновенности, ему лучше всего не выходить из круга единоверцев. Иначе не избежать мучительных сомнений и судорожных попыток обесценить тех, кто эти сомнения несет, ибо важнейшая функция нашей психики - самооборона (и пламенно верующие обычно пребывают либо в повышенной изоляции, либо в повышенной конфликтности с социальной средой).

Если так называемый диалог культур в идеале заключается в том, что культуры держатся как можно дальше друг от друга и каждая из них сама выбирает у другой то, что ей приходится по вкусу, то это же в стократной степени относится к диалогу религий: из него все они выйдут изуродованными, а участники диалога - смертельно оскорбленными.
Подозреваю, что наилучшая политика межконфессионального примирения - апартеид. Понятно, что при сегодняшнем информационном и демографическом перемешивании невозможно избежать мучительных столкновений. Но нужно ли порождать религиозные конфликты еще и по собственной воле?

А ведь сводить за изучением какого угодно религиозного курса хотя бы одних только атеистов и православных уже означало бы сталкивать лбами две веры...
Короче говоря, иноверцев лучше держать подальше друг от друга, а образование без крайней нужды не колыхать. О, бурь заснувших не буди - под ними хаос шевелится!

Предлагаю поискать в русской литературе доброе, поэтическое описание уроков Закона Божьего, а заодно задуматься: не был ли российский рационалистический нигилизм, а с ним и воинствующий атеизм реакцией на принудительное обращение? И нужен ли нам их рецидив?

Назад

Наверх