Бывает, знаете ли, такое веселье: не к добру. Такой, знаете ли, немножко агрессивный речевой кураж. Когда Емеля уверен: на текущей неделе гороскоп - за него. И, кстати, печь на ходу - аж пыхтит на запасных путях, - и щука начеку: приникнув к аппарату спецсвязи, ждет указаний - при таких условиях чувство юмора буквально рвется наружу.
На этот случай пробку и прикручивают проволокой.
Чтобы не спугнуть фарт. А то сколько раз бывало: вот уже подходит к концу футбольный международный матч. И счет в нашу пользу. И комментатор, веселея с каждой секундой, начинает этак трунить над командой противника: дескать, ничего-то не получается у хваленых англичан; еле держатся на ногах; в то время как наши ребята, и т.д. Как только он взвизгивает: результат абсолютно закономерен! - в ворота наших неутомимых залетает мяч. А через минуту - другой.
Но комментатор - что. Человек подневольный. Крепостная балалайка, две струны.
Емеля же в своем красноречии ничем не ограничен. Как все равно полковник военной кафедры в институтской аудитории. Как старшина перед строем роты. Как губернатор на заседании хозактива. Или Калигула (из одноименного кинофильма) в сенате лошадей.
Призвать, например, прессу. Накормить на халяву от пуза. Поддразнить. Дескать, знали бы вы, как я люблю свободу слова. Да только нет ее на белом свете, и бесполезно искать. А как скучаю по демократии - но увы! - после кончины старика Махатмы никто меня не понимает, ни одна живая душа. Одиночество - мой удел. Только и остается с горечью наблюдать, как попираются у вас на Западе права человека. О, какое разочарование бушует, подобно буре, в моей груди! А впрочем, угощайтесь, угощайтесь.
Или собрать наших - то есть будущих своих. И поделиться заветной мечтой: как было бы славно, если бы в каждом городе завелся собственный Гайд-Парк. Такое специально огороженное место, где пусть все эти несогласные - зеленые, голубые, серо-буро-малиновые - ходят себе по кругу и вопят глупости. Хоть про конституцию, хоть про севрюжину с хреном.
Будущие свои одобрительно хохочут, аплодируют.
Красноречие этого рода вообще рассчитано на безоговорочный, беспрекословный успех. Никому и в голову не придет спросить: мол, многоуважаемый Емельян, ежели вы обладаете такой беспримерной широтой взгляда, противники же ваши, по вашим же словам, - бессильная кучка ненормальных, - зачем тогда избивать их, калечить, исключать из учебных заведений - подвергать, короче, всему, что полагается претерпевать диссидентам при диктатуре?
Уже ведь дошли до того, что изымаете книги. Без суда, между прочим, и без следствия. Хотя это как раз не важно: какая разница. Знаем мы ваши суды и следствия. Привет товарищу Шемяке от товарища Малюты.
А поучаете иностранцев с надменной такой улыбочкой. Как если бы вы самого Господа Бога ухватили за фаберже. Решили за все человечество задачу бытия.
А иностранец же не обязательно идиот. Иные из них умеют читать по-нашему, а то и считать. Скажем, замечают они, что порция овсянки в ресторане московской гостиницы стоит 295 рублей. И моментально прикидывают на калькуляторе, вделанном в мобильный телефон: пенсионер - 12 порций в месяц, бюджетник - 25, белый воротничок из офисного планктона - 50, депутат говорильни - 500.
И удивляются. Не тому, что в ресторанах все так дорого. Их изумляет аппетит номенклатуры.
Которая, оказывается, в самом деле еще и приворовывает. Похоже, что это не пустая болтовня - что сумма взяток в РФ чуть ли не превышает ее бюджет. Вот вырвались на поверхность пруда еще два пузыря этой зловонной тайны. Выдающийся сибирский помпадур окрысился на генерала, командующего одним из надзоров - Российским техническим. И публично укорил: ваша, говорит, лавочка ничем другим не занимается, кроме как пчела из кельи восковой летит за данью полевой. Свалку мусора, говорит, открыть нельзя, не дав инспектору вашему на лапу. Вся ваша техника безопасности, говорит, - барашек в бумажке, вот и взрывается в шахтах метан.
Еще смешней проболтался предполагаемый отравитель.
То есть, в сущности, не отравитель, а герой. Мужественный патриот, выскользнувший из сетей британских спецслужб. За что Скотланд-Ярд на него и наехал, но не тут-то было. Сколько бы ни отыскалось хитрых улик, а стоило скользнуть по ним беспристрастным наметанным взглядом, как сразу обнаружилось: все эти улики - сплошная дурь.
Но это к слову, а интересно, как он разоблачил коварные методы буржуазной разведки. Которая - слушайте, слушайте! - намеревалась шантажировать одного деятеля - на самом-самом верху здешней вертикали, - номерами его банковских забугорных счетов. Мол, не изменишь родине - мы ей эти номера сообщим, как и лежащие на них суммы.
Они там воображали: он смутится. Испугается, что сослуживцы неправильно поймут. Доходы-то все-таки не совсем трудовые. А никто и не пикнул. Потому что все понимают: не в сберкассе же их держать.
Бароны воруют, вороны пируют, Емельяны острят беспечно. Оттого что верят в подопечный свой народ. Которому по душе общественная жизнь, слегка похожая на веселое совокупление слепых в крапиве. А вот мы украсим ее внешней политикой. Как развернем ракеты на Прагу. Или лучше сперва на Таллин, - что предпочитаете? Шутка.
О солидарности и делах наших скорбных Накануне 151-й внеочередной встречи ОПЕКа в Оране уходящий руководитель картеля, алжирский министр энергетики и горной промышленности Шакиб Хелиль постоянно вспоминал о солидарности.
Ради доброго царя Очередной День Конституции России (12 декабря) мы отметили под разговоры о том, насколько приемлемой практикой является ее пересмотр в сторону шестилетнего президентского срока.
Греция в огне Вторую неделю в столице Греции продолжаются поджоги зданий и автомобилей, возведение баррикад и стычки между полицией и тысячами демонстрантов, которых средства массовой информации называют то "анархистами", то "студентами", то просто "молодыми экстремистами".
Новое открытие Америки Ноябрьский визит президента Российской Федерации в страны Латинской Америки в местных СМИ оценивают как "триумфальное турне"; говорят, что "русские возвращаются".
Пересмотр взглядов на капитализм? Когда начинался нынешний экономический кризис, со всех сторон доносились прогнозы о завершении эры неолиберализма и о грядущем усилении государственного регулирования во всех направлениях.
