Взгляд	20/11/2006

"Пир" победителей // Северные страны в современном мире

Мария Мацкевич* // СПб — Копенгаген — СПб

В ноябре в Копенгагене прошла 58-я ежегодная сессия Северного Совета — межпарламентской ассамблеи пяти скандинавских стран: Дании, Исландии, Норвегии, Финляндии и Швеции. Мне довелось там выступить в необычной для социолога роли наблюдателя.

Гнать ли шведов на службу плеткой?

В отличие от Европарламента, Совет не избирается напрямую, а формируется парламентами каждой из стран. Внутри ассамблея делится на партийные фракции: представлены и правые, и левые.

Каждый из выступавших министров выслушивал немало вопросов парламентариев, в том числе весьма резких. Так, правые министры Дании и Швеции спокойно сносили язвительные выпады левых депутатов. И лишь однажды прозвучало что-то вроде "отповеди". Это был ответ премьера Финляндии Ванханена, связанный с приглашением Путина на неформальный саммит ЕС в Лахти.

Одной из основных тем была так называемая "северная политика социального благосостояния". Эта модель предполагает высокие налоги, но — наряду с этим — и высокий уровень социальных гарантий. Возможно, поэтому скандинавы — самые уверенные в завтрашнем дне люди.

Поскольку гражданин любой из северных стран может свободно переехать в любую из четырех соседних, пользуясь там теми же социальными гарантиями, что и "коренной житель", любые изменения в социальной политике одного государства интересуют остальных.

Например, премьер-министр Швеции Фредерик Рейнфельд, правое правительство которого недавно пришло к власти, спросили: "Кажется, вы собираетесь выгонять своих безработных на рынок труда плеткой?" Депутаты также упрекали шведское правительство в том, что зарплаты госслужащих не повышаются. Но, по мнению премьера, "сидеть на пособии" не должно быть выгоднее, чем работать. И если государственный сектор экономики не обеспечивает должного качества услуг, он не должен расти.

Настоящую бурю вызвало заявление представительницы норвежской Партии Прогресса Сив Йенсен о том, что "не нужно преувеличивать хорошие стороны северной модели" и по этому поводу необходимы "идеологические дебаты". По ее мнению, основной проблемой "северной модели" является "дорогостоящий государственный сектор". Парламентарий защищала частные социальные службы, возможность выбора между частными и государственными услугами. Утверждала, что у граждан нет должного влияния и за них все решают политики.

Члены левых фракций если и соглашались несколько снизить госпотребление, то не в таких масштабах, как предлагают правые. Ведь люди, которых "выталкивают на рынок труда, могут оказаться в нечеловеческих (!) условиях". Нужно также думать о поддержке пожилых и людей с ограниченными возможностями.

Гитлер, Сталин, Муссолини и Расмуссен

Показательно, что при всех различиях у представителей самых разных политических сил существует консенсус относительно многих важнейших вещей. Та же Сив Йенсен, например, сказала, что каждый человек желает вносить свой вклад в общее благо. Но некоторым "мы позволяем быть пассивными, общество откупается от них". И вот это "каждый желает…" — явно общее место в дискуссии. Споры идут лишь о том, какими способами следует помогать людям вносить вклад.

Правые настаивают на том, что к безработным нужно предъявлять определенные требования, предоставляя им при этом разнообразные возможности. Такой линии придерживается сейчас, например, правое датское правительство. Характерная деталь: в Христиании (квартале хиппи в Копенгагене) на доске объявлений висит композиция из четырех фотографий — Гитлер, Сталин, Муссолини и Расмуссен (нынешний премьер-министр Дании).
Вообще, точка зрения, что "северная модель" — ориентир для прочих европейских стран и США, отчетливо звучала в высказываниях членов парламента, но еще яснее — в официальных документах, распространявшихся во время сессии. Это были брошюры на самые разные темы: сотрудничество в Арктике, энергетическая политика, помощь странам Северо-Западного региона, научные исследования и инновации. Везде так или иначе утверждается: мы успешны, мы развиваемся быстрее прочих, наша задача — распространить свое влияние (культурное, политическое и экономическое). Одна из тем сессии — "Северный регион как победитель в глобальной конкуренции".

Для подобных утверждений, безусловно, есть основания. В опубликованном недавно международном рейтинге Норвегия уже шестой год подряд названа "самой удобной для проживания страной". Несколькими позициями ниже Исландия; вслед за ней — прочие скандинавские страны.
В толстых статистических сборниках, предлагавшихся участникам сессии, информация по скандинавским странам приводилась в сравнении со средним уровнем по ЕС. "Северные" цифры выше не только по расходам на здравоохранение, образование, научные разработки. Выше также показатели рождаемости, продолжительности жизни, личного потребления, ниже — уровни смертности, автомобильных аварий, заболеваемости, в том числе детской.

Уровень потребления наркотиков в Финляндии и Швеции едва ли не самый низкий в мире — всего лишь около 10% взрослых пробовали наркотики хотя бы раз в жизни. Для сравнения: в большинстве европейских стран этот показатель составляет в среднем около 20-25%. В Великобритании он чуть выше. А в США значительно выше.
Постоянно подчеркиваемой особенностью "северной модели" является внимание практически к каждому отдельному человеку. Можно сказать, конечно, что если в Норвегии роют подземный автомобильный тоннель к острову, на котором живут лишь пять семей, то это потому, что у Норвегии много нефти. Но мало ли других возможностей потратить "нефтяные" деньги? В основе именно такого, "норвежского", способа перераспределения — декларируемая ценность и важность каждого гражданина, забота о его благополучии. Это удивительное живое воплощение давно забытых (впрочем, никогда всерьез и не прививавшихся на нашей почве) лозунгов типа: "Все во имя человека, все для блага человека".

Кстати, хотя в Норвегии (как и во всех северных странах) стремятся всячески поддерживать семьи, где есть хотя бы один ребенок, однако самая высокая рождаемость — в Исландии. А там "нефтяных" денег нет.

Секс, еда и Россия

В повестке дня сессии немало было и других тем, кроме экономики. Среди них глобальные: энергетическая политика (сложилось впечатление, что обсуждалось, в основном, как в наименьшей степени зависеть от России) и "сосуществование цивилизаций" (по этому вопросу даже выступил изгнанный из Иордании принц Хасан).
Обсуждались и более "мелкие" проблемы: "новая северная еда" (более здоровая и чистая), политика по отношению к секс-меньшинствам. Отдельным пунктом повестки дня была борьба с торговлей людьми и проституцией (в основном, из бедных европейских стран и стран Азии). Предлагались различные меры. Скажем, попавшим в "рабство", после того как их освобождает полиция, нужно предоставлять визу для социальной реабилитации на год (если они дают показания против "организаторов производства") или на полгода (если они не сотрудничают с правоохранительными органами).

Реабилитация заключается в консультациях психологов и обучении какой-нибудь профессии. Затем "реабилитированных" отправят на родину, но и там продолжат следить за их судьбой, для чего в рамках специальных программ будут опять же выделяться бюджетные деньги. Проблема, с точки зрения парламентариев, возникнет лишь в том случае, если родина бывшей "рабыни" (хотя речь шла не только о женщинах, занимающихся проституцией, но и о торговле детьми, человеческими органами и пр.) — не европейская, а азиатская или африканская страны.
Конечно, по каждому из вопросов прозвучало немало общих слов. Обычный российский социолог не мог прочувствовать все нюансы дискуссий — не зная подробностей политической и экономической жизни Скандинавии, предыстории обсуждаемых проблем, взаимоотношений между парламентами, фракциями, партиями, правительствами.

Главное же впечатление произвело не столько то, что обсуждалось, сколько то, как шли дебаты. Уважение к оппоненту, практически безукоризненное соблюдение регламента (даже если это всего одна минута), требование открытости и прозрачности исполнительной власти перед властью законодательной.
Есть, как говорится, мнение, что сей парламент "на самом деле" ничего не решает. Возможно, это действительно так, возможно, некоторое преувеличение. Очевидно, однако, что сами депутаты ощущают себя властью, которая вправе требовать отчета и ответа от любых министров, в том числе глав правительств, потому что делают они это от имени граждан. А в северных странах право граждан не только требовать отчета от власти, но и получать его не подвергается сомнению уже много веков.

----

* Автор благодарит представительство Северного Совета в Петербурге за организацию поездки.

Назад

Наверх