Яков ГИЛИНСКИЙ- Доктор юридических наук, профессор
Террористические организации в современном мире представляют интересы массы exclusive ("исключенных"). Поляризация на богатое, властное меньшинство "включенных" (inclusive), и бедное, бесправное большинство "исключенных", приводит к опасному для всего человечества разделению на включенные и исключенные страны.
Думается, что это недостаточно осознается правящими элитами современного мира. Примеры тому - агрессия США против Ирака (сколь бы "плохим" ни был Садам Хусейн) и действия России в Чечне (какими бы "плохими" ни были "боевики").
Терроризм бесспорно является преступной деятельностью и заслуживает самой суровой оценки. Но социально-политическая сущность терроризма и желание противодействовать ему требуют более широкого подхода, нежели чисто юридический.
Да, террористам нет оправдания с общечеловеческой, принятой мировым сообществом и международными организациями точки зрения. Но ведь терроризм - преступление "особого рода".
С точки зрения террористов, организаций и движений, прибегающих к террористическим методам, их требования, отстаиваемые идеи - "справедливы", имеют не меньшую ценность чем те, против которых они выступают. Поэтому борьба с терроризмом, носящим политический (этнический, идеологический) характер, - малоэффективна. Об этом свидетельствуют печальный опыт Ольстера, затяжной, кровавый характер "борьбы" с баскскими сепаратистами в Испании, с алжирскими террористами во Франции, с албанскими - в Сербии, с чеченскими - в России...
Насилие и ненависть рождают насилие и ненависть, формируют идеологию "преступлений ненависти". Поэтому искусство цивилизованной жизни состоит в том, чтобы не плодить недовольных, обиженных, "мучеников", а строить благополучие людей в контексте их долгосрочных отношений друг с другом.
Мировое сообщество в целом и каждое государство в отдельности должны предпринимать прежде всего политические (экономические, социальные) усилия по предотвращению условий для терроризма, по ненасильственному разрешению социальных, межэтнических, межконфессиональных конфликтов.
Разумеется, провозгласить принцип ненасильственного, упреждающего терроризм решения назревших проблем и конфликтов легче, чем его реализовать. Но не существует "простых решений" сложных социальных проблем. Точнее говоря, так называемые "простые решения" (типа "ликвидировать", "подавить", "уничтожить") либо неосуществимы, либо приводят к еще большему осложнению ситуации.
Можно (и нужно) "бороться" с отдельными исполнителями терактов, но нельзя уголовно-правовыми, карательными мерами устранить причины, источники терроризма как метода "решения" социальных (этнических, религиозных, политических, идеологических) конфликтов.
Очевидно, не случайно в послевоенном мире террористические организации и движения возникали прежде всего в постфашистских, посттоталитарных, посткоммунистических странах - Италии ("Красные бригады"), Германии ("Красная армия", неонацисты), Японии (Японская революционная красная армия), Испании, Югославии, России, а также в странах с тоталитарным режимом (Латинская Америка, Ближний и Средний Восток), где отсутствовал опыт демократического, политического решения социальных конфликтов.
Из 79 известных к 1990 г. террористических организаций 37 принадлежали по своей идеологии к марксистским, ленинским, троцкистским, маоистским; 9 представляли различные направления панарабского и исламского фундаментализма; 7 - служили примером удивительной смеси панарабизма и марксизма; 4 - относились к правоэкстремистским и неофашистским.
Разумеется, это соотношение претерпело существенные изменения. Количество известных террористических организаций увеличилось, доля "левых" сократилась за счет увеличения "правых" и исламских.
Не существует универсальных рецептов предупреждения. Но важно понять следующее:
- мир без насилия в обозримом будущем невозможен;
- основная антитеррористическая задача - максимально сокращать масштабы терроризма;
- основной путь такого сокращения - предупреждение или урегулирование социальных проблем и конфликтов ненасильственными, нерепрессивными, политическими методами.
Абсолютно ненасильственный мир - это нереальная перспектива. Более реальной выглядит задача сократить масштабы политического насилия, попытаться свести его минимуму. Об этом свидетельствует политическая жизнь развитых демократических государств, где насилие чаще всего - второстепенное средство власти. Думается, следует внимательно изучить опыт антитеррористического урегулирования конфессиональных и этнических конфликтов в Северной Ирландии, между Алжиром и Францией, басками и Испанией и т.п.
Растворившаяся команда // 1991-2008: судьбы российских реформаторов В прошлом номере мы завершили статьей о Егоре Гайдаре публикацию цикла "Великие реформаторы".
Куда пошла конница Буденного // Голодомор в СССР: как обстояло дело за границами Украины В последние месяцы одним из самых острых политических вопросов на постсоветском пространстве стал вопрос украинского голодомора, имевшего место в 30-е гг.
С КЕМ ВЫ, МАСТЕРА КУЛЬТУРЫ // Владимир Войнович // Советский режим был смешнее нынешнего Писатель Владимир ВОЙНОВИЧ рассуждает о грядущей смуте и об идейном родстве нынешней власти и советского руководства.
Пиар, кризис и бла-бла-бла Не то чтобы небольшая брошюра записок и выписок директора по связям с общественностью "Вымпелкома"-"Билайна" Михаила Умарова была совсем уж бессмысленным и бесполезным чтивом - отнюдь.
Хорошо воспитанный старый мальчик Создатели документальной ленты о Валентине Берестове, презентация которой прошла недавно в Фонтанном доме, назвали свое широкоформатное детище "Знаменитый Неизвестный".
С кем вы, мастера культуры? // Алексей Герман // Наш народ был изнасилован. И многим понравилось… Кинорежиссер Алексей ГЕРМАН в интервью "Делу" рассказал о том, каким ему видится нынешнее состояние российского кинематографа, какие идеи задают в нем тон и что представляет собой сегодня российская интеллигенция.
