Могло показаться, что в ноябре "дело Аксененко" перейдет из скандальной фазы в фазу умиротворения.
В начале месяца записной противник верховного железнодорожника - Анатолий Чубайс демонстративно выразил ему солидарность: "Так нельзя обращаться с российским министром", - и предсказал, что обвинение скоро рассыплется.
Затем главный его гонитель - Владимир Устинов отбыл на Кавказ - оттачивать прокурорское мастерство на подсудимом Радуеве. Еще чуть позже главный собиратель компромата на него - Сергей Степашин, высказался в том смысле, что стремится не столько засудить Аксененко, сколько научить весь кабинет министров грамотно работать.
Cам же виновник скандала взял отпуск и перестал показываться на людях - вероятно, надеясь, что проблема как-нибудь рассосется сама собой.
Не рассосалась. Допросы замов, которых Аксененко оставил на хозяйстве, выемки документов из МПС - все указывает, что тучи над головой опального сановника стоят сейчас еще гуще, чем в октябре.
Уголовное преследование министра путей сообщения, а по должности - одного из главных людей в государстве, казалось бы, рождает образ разогнавшегося, тяжело груженного состава, вдруг полетевшего под откос - то ли рельс бракованный, то ли поворот крутой.
На деле, в падении вчерашней суперзвезды (пока все же не окончательном) закономерного гораздо больше, чем случайного. А само это падение - естественный конечный пункт длинного маршрута, проложенного совместными усилиями самого Аксененко и многочисленных людей, которые в разное время переводили стрелки на пути его следования.
Наш человек на рельсах
Стартовая точка, по сегодняшним понятиям, крайне традиционна для государственного мужа - город Ленинград. В 85-м году честолюбивый провинциальный карьерист переехал сюда служить первым замом начальника Октябрьской железной дороги.
За девять проведенных здесь лет он приложил руку к нескольким коммерческим проектам, фигурирующим сейчас в его деле. Успел познакомиться и с местными жителями, позднее сыгравшими роли в его судьбе: с Путиным, в начале 90-х - влиятельным работником городской мэрии; со Степашиным, тогда - депутатом российского парламента; с Чубайсом - главой местных экономистов-реформаторов.
"Санкт-Петербург - это светлый город с прекрасными людьми. Вспоминаю его исключительно с теплотой. Философия жизни такова - плохое забывается, в памяти остается только хорошее".
В интервью двухлетней давности Аксененко окутал петербургский период своей жизни каким-то кротким сиянием, но все же намекнул и на некие проблемы. Ясно, что на самом деле "плохое" не забыли ни он сам, ни те, с кем ему довелось конфликтовать.
В 94-м, когда наш герой отбыл в Москву - трудиться на посту замминистра МПС, у него было уже достаточно влиятельных или потенциально влиятельных недоброжелателей. В том числе и среди сослуживцев - Октябрьская железная дорога была кузницей кадров для МПС, выходцы отсюда поочередно занимали пост министра. Очередь самого Аксененко подошла весной 97-го.
Железный министр и его стрелочники
Это была заря младореформаторской эпохи. Считается, что протекцию энергичному администратору оказал тогда Борис Немцов. Когда Аксененко сошелся с Березовским? Сам он говорит, что никогда. Как все почти, кого подозревают в близости к демоническому олигарху, он дает стереотипный ответ: не был, не состоял, не участвовал, а видел всего раз в жизни.
Как бы то ни было, удачно развивавшаяся дружба с Семьей помогла Аксененко пересидеть трех премьеров и едва не стать четвертым.
Критический этап его карьерного маршрута начался в мае 99-го. Вроде бы Дьяченко уговорила отца назначить Аксененко премьером, а Чубайс - фактически уже задним числом - отговорил. Но Аксененко, произведенный в первые вице, все равно считал себя фигурой, равновеликой своему номинальному патрону Степашину, открыто всем об этом говорил, да и круг его полномочий в правительстве действительно был уникально широк. Неуклонно расширялся и круг врагов.
Роковой перевод стрелки состоялся в начале августа 99-го. Премьерские дни Степашина истекали, и Аксененко вновь вступил в борьбу за его место, очевидным приложением к которому были права на престолонаследие. Но количество конфликтов, в которые он ввязался, как раз тогда перешло в качество. Симпатизировавший ему Ельцин не дал эмоциям взять верх над чувством реальности, и выбор пал на Путина. Теперь Аксененко предстоял спуск с вершин - плавный или не очень.
Уже в конце августа Путин урезал права своего зама до обычного уровня, положенного вице-премьерам, а в январе 2000-го, едва став и.о. президента, понизил его до прежней должности министра путей сообщения.
В обход - через чудо-остров
Вернувшись в знакомое кресло, Николай Аксененко почувствовал, что пора остановить идущий не в ту сторону состав, осмотреться и занять позиции, удобные как для активной обороны, так и для возможного перехода в новое наступление.
Организуется мощная PR-кампания, призванная закрепить в умах приноровленный к новой ситуации образ Аксененко - теперь уже не кандидата в верховные правители, а рачительного вождя железных дорог, трудоголика, хозяйственного мыслителя, книгочея, знатока Бердяева и Розанова.
Кульминации кампания достигает в месяц президентских выборов. Март 2000-го ознаменован появлением Аксененко на страницах "Российской газеты", "Известий", "Комсомольской правды", региональных газет. Аксененко повествует о справедливых тарифах, о лучезарном будущем БАМа и Транссиба, о тоннеле под Татарским проливом с материка на Сахалин с прицелом на Хоккайдо.
В спешке не обходится без мелких накладок. Один и тот же текст с интервалом в несколько недель публикуется сначала в одном уважаемом издании - как кабинетное интервью с министром, а несколько недель спустя - в другом, уже как фрагмент беседы с Аксененко на суровых берегах Татарского пролива:
"Тоннель уже начинали строить при Сталине, потом забросили. Но нельзя одним махом отметать все, что связано с царской или советской эпохой. Россия имела мощный инженерный потенциал, создавались передовые космические технологии. И решение о строительстве тоннеля под проливом принималось на основе здравых расчетов, с государственным пониманием тенденций экономического развития страны. Я сторонник перехода-тоннеля... Сахалин будет развиваться. Это чудо-остров..."
Фантастический прожект (сметная стоимость 4 млрд. долл. - больше, чем официально заявленная годовая потребность в инвестициях всех российских железных дорог) вошел в арсенал министра уже тогда; характерно, что им же Аксененко пытался отвлечь внимание кабинета министров в начале минувшего октября, уже зная, что уголовное обвинение ему предъявят со дня на день.
Революционер поневоле
Но вернемся на полтора года назад. В апреле 2000-го лучший друг нашего железнодорожника Сергей Степашин становится главой Счетной палаты. Число проблем растет. Вспыхивают тарифные и долговые конфликты - то с чубайсовским РАО ЕЭС, то с алюминиевым королем Дерипаской, то с областными князьями, с которыми своенравный Аксененко бывает не очень-то обходителен.
И тогда, в середине 2000-го, Аксененко принимает стратегическое решение - эвакуироваться из МПС (захватив оттуда основное железнодорожное имущество стоимостью несколько десятков миллиардов долларов), возглавить новый "хозяйствующий субъект" ОАО "Российские железные дороги", а министерству оставить "функции управления", т.е. функции английской королевы.
Непреклонная твердость и неуемные аппетиты, которые Аксененко сохранил даже в несчастье, удивили многих. Предстоящее преображение МПС весьма кисло было встречено и во многих правительственных ведомствах (особенно в министерстве Грефа), и в большинстве крупных бизнес-структур, имеющих дело с железными дорогами.
Уже летом 2000-го - сначала в Интернете, потом в печати - появилась почти вся фактура, которая ныне ему предъявляется уже в форме обвинений: "Иристон", "Трансрейл", "Евросиб". Льготы, самодеятельные фонды, нецелевые расходы. Ведомственные дворцы-отели на юге, сладкая жизнь топ-менеджеров, сын, племянник... Вероятным источником утечек была Счетная палата.
Осенью прошлого года, когда Березовский окончательно попал в опалу, а оставшаяся часть Семьи от Аксененко отступилась, нападки в прессе стали куда горячее, но министр продолжал двигаться прежним курсом.
Удар о шкалу вероятностей
К лету этого года барьеры, казалось, были сломаны, и проект реконструкции МПС вроде бы одобрен на всех уровнях. Превращение министра в первого олигарха России, а российских железных дорог - в ОАО "Российские железные дороги" должно было произойти примерно сейчас, в ноябре. Как мы знаем - не произошло. Потому что за пределами аксененковского клана этого не хотел уже почти никто.
Самый большой бизнесмен среди чиновников и самый крупный чиновник среди бизнесменов, Аксененко по-прежнему не понимал, на каком опасном удалении он оказался и от корифеев чиновничества, и от воротил бизнеса.
Очередная стрелка была пройдена еще полгода назад, в начале июня, когда Степашин явился к Путину с результатами расследований Счетной палаты. Неделю спустя на специальной встрече стенка на стенку аудиторов СП и коллегии МПС состоялся генеральный скандал, после которого ситуация пошла вразнос.
Несколько лет назад возможными продолжениями этой истории (в порядке убывания вероятности) стали бы: а) нешумный отказ от придуманного министром раздела МПС; б) шумное увольнение министра; в) шумное увольнение, сопровождаемое уголовным преследованием. В нынешнюю эпоху шкала вероятностей перевернулась.
Некоторым утешением для опального выглядит то обстоятельство, что и Дерипаска, и Чубайс, и отчасти даже Степашин публично отмежевались от репрессивных планов в отношении Аксененко. Отклонив коммерческие притязания главы МПС, деловая и административная элита считает суд над ним, а тем более арест - перебором, точнее - плохим прецедентом. Возможно, в этом - последний шанс для Аксененко.
Впрочем, за последние годы он никогда не упускал шанса упустить свой шанс.
Джон Маккейн // Свой среди чужих, чужой среди своих Биография кандидата в президенты США Джона Маккейна, ставшего в феврале явным фаворитом гонки среди республиканцев, поистине кинематографична.
Василий ЯКЕМЕНКО // Борец с калоедами Первое знакомство автора сих строк с политической карьерой назначенного в этом месяце главы госкомитета по делам молодежи Василия Якеменко произошло летом 2002 года.
Виктор Зубков // Восставший из социализма В связи с неожиданно всплывшей фигурой очередного премьера обсуждение события идет, главным образом, вокруг темы "преемник - непреемник".
Шимон ПЕРЕС // Девятый президент Израиля Новым президентом Израиля, девятым по счету в современной истории страны, стал вице-премьер действующего правительства Шимон Перес - человек, которого называют патриархом израильской политики.
Ангела МЕРКЕЛЬ // Серая жемчужина Журнал "Тайм" пишет о Германии как о "стране улыбок" и приводит слова руководителя крупной софтверной фирмы SAP Хеннинга Кагерманна о том, что "Меркель как раз тот человек, который сейчас нужен Германии".
Синдзо Абэ // На пути "К прекрасной стране" 20 сентября 2006 г., получив 66% голосов в свою поддержку, новым главой Либерально-демократической партии (ЛДП) Японии, а значит, и премьером страны стал генсек кабинета министров Синдзо Абэ.
